Книга Целительница для бывшего мужа-дракона, страница 87 – Рия Адри

Я остановилась и посмотрела на него.

— Вы правда собираетесь спорить формулировками с женщиной, которая угрожает моей матери?

— Нет. Я собираюсь использовать формулировки, чтобы выиграть время.

— Зачем вы приехали?

Он молчал дольше, чем нужно для простого ответа.

— В замке нашли зеркало моей матери. В нём сохранилась часть её записей. Калиста и Малхар связаны с родом Саан через старый обряд обмена. Если ты поедешь туда одна, тебя встретят не для разговора. Тебя положат в круг и заставят выбрать под болью.

— Я это понимаю.

— Нет.

Слово прозвучало резко.

Я медленно выпрямилась.

— Осторожнее, Арвен.

Он закрыл глаза на секунду. Когда открыл, голос стал ниже.

— Ты понимаешь опасность. Но не их метод. Они не будут ломать твоё тело сразу. Они покажут мать. Сделают так, что каждый твой отказ будет выглядеть как её смерть. Потом предложат простой выход: шаг в круг, подпись, капля крови. Ты согласишься не из слабости. Из любви. Это сильнее боли.

Я сжала бинт.

Он был прав. И от этого хотелось рассердиться сильнее.

— Тогда что предлагаете?

— Идти не к Саан. Сначала найти обратный узел Малхара.

— До рассвета?

— До рассвета — нет. За семь дней — возможно.

— Калиста написала: до рассвета для вас.

— Для того, чтобы я сделал ошибку.

— Какую?

— Приехал за тобой как дракон. С отрядом. С огнём. Она ждёт именно этого. Тогда твоя мать станет заложницей из-за меня.

— А вы приехали один.

— С двумя гвардейцами.

— Это утешает.

Он чуть наклонил голову.

— Нет.

Я снова занялась раной. Промыла. Наложила мазь. Работала аккуратно, но быстро. Он ни разу не дёрнулся, хотя я знала: боль сильная. Упрямство у него было выработано до неприятного совершенства.

— Вы должны вернуться в замок, — сказала я.

— Да.

Рука замерла.

— Вы соглашаетесь?

— Да. Если останусь здесь, Калиста получит повод. Если поеду с тобой, она ударит по твоей матери. Если вернусь в замок, смогу держать дом, искать узел Малхара и готовить удар по Саан с другой стороны.

Я закрепила повязку.

— Значит, вы приехали сказать, что уезжаете.

— Да.

Почему-то именно это оказалось больнее, чем если бы он начал требовать.

Я отошла к столу, вымыла руки. Вода в миске сразу окрасилась бледно-розовым. Кровь Арвена. Снова.

— Хорошо, — сказала я.

Он поднялся.

— Лина.

— Что?

— Я хочу поехать с тобой.

Я закрыла глаза на миг.

— Не надо.

— Я знаю. Поэтому не поеду.

Он произнёс это спокойно. А я вдруг поняла, что спокойствие даётся ему хуже, чем бой.

— Арвен…

— Я не умею отпускать, — сказал он. — Раньше отпускал потому, что не считал своим. Это было легко. Теперь иначе. Поэтому скажу прямо: я хочу забрать тебя в замок, закрыть двери и решать всё снаружи, пока ты в безопасности.

— Это была бы клетка.

— Да.

Он сделал шаг ко мне, но остановился на расстоянии. Снова дал пространство. Снова больно попал в то, чему учился.

— Поэтому я уеду, — продолжил он. — И сделаю то, что должен: найду способ, при котором ты сможешь выбирать без ножа у горла твоей матери.

Слова были ровные. Никакой красивой клятвы. Никаких «я всё разрушу ради тебя». Только обещание сделать работу.

И оно задело глубже.

— Почему вы не сказали это прежней Элире? — спросила я.

Он принял удар.

— Потому что тогда я был хуже.

— А сейчас?

— Сейчас я знаю, что хуже.

Ответ был жёстким и честным.