Книга Целительница для бывшего мужа-дракона, страница 29 – Рия Адри

Тирн подхватил его с другой стороны.

— На пол нельзя, — сказала я. — Нужна чистая поверхность.

Капитан посмотрел на бочки.

— Чище не будет.

— Тогда снимайте плащи, складывайте в несколько слоёв. Мара, свет. Вода есть?

— Только дождевая.

— Кипятить.

— Здесь нечем.

Я огляделась. Старая жаровня у стены, уголь в мешке, кремень. Подойдёт.

Пока Мара разводила огонь, Тирн помог Арвену опуститься на плащи. Тот сделал это без звука, но лицо стало таким, что я не стала тратить время на вопросы.

Я разрезала остатки повязки. Рана выглядела хуже. Края посерели, от сердца тянулись тонкие тёмные линии. Осколок мы вытащили, но яд остался. И теперь он реагировал на открывшуюся связь.

— Почему вы приказали не вскрывать сердце? — спросила я.

Арвен открыл глаза.

— Если умру с активной меткой, Совет найдёт тебя по следу.

— Поэтому сжечь тело?

— Драконий огонь очищает след крови.

Я сглотнула.

Вот до чего он дошёл, пока ехал ко мне. Просчитал даже собственную смерть. Не сентиментально, не красиво. Практично. Жестоко. Как всё в нём.

— Вы знали, что я истинная?

— Нет.

— Но подозревали.

— После твоего отъезда. Да.

Мара замерла у жаровни. Тирн сделал вид, что проверяет дверь. В складе стало тесно от невысказанного.

— Почему не приехали?

Арвен смотрел на балки потолка.

— Потому что ты ушла.

Простой ответ. Странный. Не тот, которого я ждала.

— Вас это остановило?

— Меня остановило другое. Если бы я приехал, я бы забрал тебя.

Я опустила руку на край таза. Пальцы были липкими от крови.

— Благодарю за честность. Она отвратительна, но полезна.

Он повернул голову ко мне.

— Тогда я считал бы это защитой.

— А сейчас?

— Сейчас понимаю, что ты назвала бы это пленом.

Между нами легла тишина. Не мягкая. Осторожная. Как доска над глубокой водой.

Я взяла чистую ткань.

— Я обработаю рану. Будет больно.

— Делай.

— И ещё. Вы не имеете права решать за меня, даже если метка говорит обратное.

— Метка ничего не решает за тебя.

— Но за вас решает?

Он смотрел прямо.

— Она усиливает то, что я уже хочу.

Это было хуже красивой фразы. Честнее. Опаснее.

Я отвела взгляд первой, потому что руки должны были работать.

Обработка заняла долго. Я промывала рану горячей водой, настоем и собственной магией. Арвен молчал. Лишь раз его пальцы нашли моё запястье, когда я задела серую жилу у сердца. Он схватил не для контроля — от боли. Но кожа к коже снова замкнула связь.

Я увидела его память.

Короткую. Рваную.

Коридор замка. Я — в дорожном платье, с перчатками. Уезжаю. Арвен стоит на балконе и смотрит вслед. Рядом Дорена говорит: «Она вернётся к вечеру». Арвен молчит. Потом говорит: «Нет». И в его голосе впервые звучит не равнодушие.

Картинка оборвалась.

Я выдернула руку.

Он тоже понял, что произошло.

— Ты видела?

— Да.

— Что?

— Балкон.

Его лицо закрылось.

— Это было давно.

— Год.

— Для дракона год — короткий срок.

— Для женщины, которая строила жизнь с нуля, достаточно длинный.

Он принял это без спора.

За дверью склада что-то скрипнуло.

Тирн поднял меч. Мара погасила лампу ладонью, оставив только слабый жар углей. Мы все замерли.

Снаружи шаги.

Один человек. Нет, двое. Один шёл уверенно, второй волочил ногу.

Тирн бесшумно двинулся к воротам.

— Откройте, лорд Рейс, — раздался женский голос за дверью. — Я знаю, что вы внутри. И знаю, что ваша истинная уже проснулась.