Книга Принцесса Сарнгейта. Часть 1, страница 250 – Эльза Скарлетт

— Тебе нравится? – поинтересовалась виконтесса.

Что и сказать, марионетка была довольно большой, искусно сделанной и очень красивой. Игрушка явно стоила очень дорого, и трудно было поверить, что такой подарок можно изготовить всего за ту неделю, что пробыла леди Бофор в столице. Видимо, Евгения заранее заказала её изготовление по моему портрету.

— Она похожа на меня, - ответила девочка.

— Тебе не нравятся обычные куклы, и я подумала, может, эта привлечёт твоё внимание? - пояснила леди.

— Необычный подарок, - согласился со мной Тирел, нахмурившись. – Что-то в нём есть… настораживающее.

Персципиатус оборвал видение.

— Много сил уходит на изъятие воспоминаний и проекцию, - пояснил он нам. – Отдохнём немного и продолжим. Кукла изготовлена одним из мастеров-ведьмаков. Не думайте, что это так просто. Леди пришлось долго ждать, чтобы наконец забрать эту уменьшенную копию Леи. Для следующего воспоминания перейдём в личные покои герцога. Мне легче всё демонстрировать в местах, где сами события происходят напрямую.

Я взглянула в последний раз на картину своих отца и матери.

— Эту картину ведь тоже убрали по приказу леди Евгении, - вспомнила я сама. – Не помню когда, но как-то её просто не стало, а в семейной галерее она не появилась.

Я повела друзей через тёмные коридоры замка в личные герцогские апартаменты. Второй этаж почти полностью был «хозяйским». Комнаты отца и матери располагались в левом крыле. Теперь же я вспоминала, что комнаты матери, которые стояли после её смерти закрытыми, отец переделывать запретил и законсервировал, приказав Рхашанраату охранять их. Леди Бофор пришлось занять соседние апартаменты, которые она переделала под свой вкус. Позже законсервировали и их, а меня переселили в матушкины, чтобы я была как можно ближе к отцу. С тех пор я и продолжала жить там.

Мы зашли в темноту личной гостиной моего отца. По моему мысленному приказу тускло зажглись осветительные артефакты.

— Кажется, я знаю, что ты хочешь показать, - полушепотом обратилась к оракулу. Демон от нас не отставал, он с какой-то принципиальной настойчивостью оставался в человеческом виде.

— Одно из важнейших событий, что случилось с тобой в детстве, Лея, произошло именно тут, - кивнул оракул.

— Да, - подтвердила я, пребывая в задумчивости своей памяти. – По распоряжению леди Евгении меня отселили из детской комнаты в правое крыло. Но я долго не могла привыкнуть к этому. Меня начали посещать сны, в которых я видела мать. Они были похожи на кошмары, и я часто просыпалась, а потом не могла снова уснуть. Служанка, что присматривала за мной ночью, обычно пропускала этот момент, засыпая. Незадолго до отъезда отца, практически за несколько дней, я снова проснулась от кошмара и пошла к папе.

Снова реальность перед нами померкла и пришла в движение. Сгустилась темнота, и мы увидели, как открывается дверь гостиной, и в неё входит девочка в белом ночном одеянии до пят, с распущенными волосами и бледным лицом. Робко она закрывает дверь, стараясь быть неслышной, и, тихо ступая босыми ногами, приближается к приоткрытой двери спальни.

Я уже примерно знала, что нас ждёт. Но видение оракула оживило эту картину до мельчайших подробностей.

Маленькая герцогиня осторожно приоткрыла дверь шире и, не посмев войти, наблюдала за происходящим с порога.