Книга Принцесса Сарнгейта. Часть 2, страница 380 – Эльза Скарлетт

— Пей, Бен! – настоятельно и твёрдо повторил Инголир, вложив бокал в руки принца. – Можно подумать, что Суилинь была тебе не безразлична! Прекрати разыгрывать трагедию.

Замечание задело принца. Он схватил бокал и залпом осушил его, большими, торопливыми глотками. Затем он злобно посмотрел на светлого эльфа и произнес (явно от всего сердца):

— Ненавижу вас, лорд Истед!

— На правду не обижаются, Ваше Высочество, - спокойно парировал эльф. – Рассказывай… -те.

Бентан вскочил и принялся нервно расхаживать по комнате.

— Это Трис! Это она, ядовитая жаба, всё подстроила! – услышали мы обвинения. - Несколько дней назад она рассорилась с Илинь и разжаловала её из личных фрейлин.

Бентан хотел было сказать что-то ещё, но я его перебил.

— Почему?

— Я не знаю. Илинь не говорила об этом. Но как я понял, они поссорились по личным причинам. Трис в последнее время её не жаловала и давала самые мерзкие поручения, унижая.

— Из-за личной ссоры подруг не убивают, - заметил Инголир, и я был с ним согласен.

— Тогда кто?! – «взорвался» возмущением Бентан. – Кому помешала Суилинь настолько, чтобы убивать ее таким образом, прямо у меня на глазах? Это же измена!

Бентан застыл посреди комнаты с раскинутыми руками в последнем восклицании. Осознав, что сказал, и вспомнив подробности кончины любовницы, он сморщился и скукожился, как старик, опустившись в кресло.

— А вдруг это я бы открыл то письмо? – с ужасом предположил принц, вскинув на нас с Истедом испуганный взгляд. – Корин, я не хочу так умирать… Ты видел её? Почему отец вернул Трис из обители сестёр? Вы хотите , чтобы она меня прикончила? Я – наследник престола! Я требую, чтобы меня защитили от сестры!

Ясно. Братец действительно не переживал о бывшей любовнице; его гораздо больше ужасала собственная участь и благополучие. Его также волновали борьба за престолонаследие и устранение конкуренции.

По словам кузена, Суилинь пришла в апартаменты принца с личной просьбой. Он, как истинный лорд, не смог отказать даме (трижды «ха-ха»!) и, встретив её, предложил отужинать (ага, в личной спальне). Во время разговора стражник доставил эльфийке личное письмо от меня. Раскрыв письмо, Суилинь получила проклятие, упала на ковёр и начала раздирать лицо ногтями. Какое-то время Бентан героически пытался ей помочь, а затем позвал охрану (по словам стражника-оборотня: «визжал, как монашка, впервые увидевшая «дубину» у жеребца»). Прибывшие гвардейцы ничем помочь так же не смогли (по их словам: «…дык нету ж у нас таковой специализации, Ваше Превосходительство. Кто б понял, что это черная порча?») Стражи вызвали лекаря, но он прибыл уже после того, как с эльфийкой все было кончено.

Я не стал говорить, что если бы Бентан был более сведущ в темных искусствах, умнее, чтобы распознать проклятие, и смелее, чтобы предотвратить самоистязания Суилинь, он мог бы спасти эльфийке жизнь. Я не стал этого делать, и мысленно приказал это Истеду, у которого явно чесался язык поехидничать над принцем.

— Поспите, Ваше Высочество, - посоветовал Инголир принцу, прикусив языки поднимаясь с кресла.

— Вы же разберётесь с маркизом динэ Бриониром? – спросил с надеждой Бентан, поняв, что дознание окончено.

Инголир тяжко вздохнул, вспомнив самую неприятную часть своих обязанностей, ибо разбираться с маркизом как главе инквизиции, предстояло именно ему.