Книга Небесный город, страница 64 – Критика Рао

Желудок у Иравана скрутило. Все внутренности сжались, ему захотелось одного – сбежать. Экспертизы ему не выдержать. Он знал это так же точно, как свое имя. Бхарави он видел как будто издалека.

— Я голосую против, – сказала она Лаксии, сверкая глазами. – Чтобы пройти экспертизу, ему нужно войти в Момент. Думаю, что на это он не способен – уж точно не прямо сейчас. Он провалит экспертизу только по этой причине. Мы получим ложный результат. Я голосую против.

— Обследование не должно быть ловушкой, – вставил Айрав, и его глубокий голос прогремел над ними. – Мы же хотим получить оценку его состояния. И мы не должны его травмировать. Ему предстоит буквально по крупицам просеять свой разум в поисках истины. – Айрав взглянул на Иравана. – Прости, мой друг. Но Лаксия права. Траектирование, которое мы видели, просто невозможно. Поэтому я голосую за.

Ираван сильно сжал кулаки. Голова у него была готова разлететься на куски, как перезрелая дыня.

Два «за». Если он услышит еще одно, ему придется перетрясти все свои мысли. Ему придется проанализировать каждое серьезное нарушение ограничений траектирования, каждое прискорбное решение, поставившее под угрозу ашрам, каждую извращенную мысль о своих материальных узах – все, чтобы доказать, что он не экстатик. Ему придется заново пережить все это – как он раздавил магнарут, как отпустил Оама, как подвел Ахилью.

У него вырвался тихий стон, и он плотно сжал зубы, стараясь не издать ни звука.

Чайя внимательно смотрела на него. Ее круглое лицо излучало тревогу, на лбу появились глубокие морщины.

— Я согласна с вами, что Ираван может впасть в экстаз. Такая опасность существует. Но, если мы начнем проводить экспертизу прямо сейчас, это будет проверка его желания, а не намерения. Он может потерять контроль, и экспертиза будет провалена. Разумнее подождать, пока он восстановится. Я голосую против.

Все повернулись к Киане. Старший гелиотехнолог нахмурилась, глядя на руки. Пальцы у нее сгибались и разгибались, взвешивая плюсы и минусы каждой стороны. О, гнев и ярость, а что, если она сейчас тоже выступит против него? Ираван сам столько раз выступал против нее и ее аргументов. Когда они спорили по поводу аккумулятора, Киана покинула заседание раньше, чем Ираван смог уладить ситуацию. Конечно, они все еще были друзьями, но когда дело касалось безопасности ашрама, Киана не уступит.

Она посмотрела на Иравана.

— В твоих доводах есть смысл. Возможно, если поверить твоим словам, действительно существует какая-то закономерность. Возможно, мы поспешим, если подвергнем тебя экспертизе? Но если Наиля так хороша, как нас заставили поверить, то почему она не включила сигнал оповещения? Я голосую против.

У Иравана вырвался приглушенный всхлип.

— С-спасибо, – прошептал он.

— Остается решить вопрос с наказанием за твои проступки, – сказал Айрав и обратился к остальным: – Он все равно виновен в том, что оставил пост. Такое пренебрежение обязанностями подвергает ашрам серьезной опасности. Уже одно это является основанием просить о вотуме недоверия.

— У нас есть правило – быть гибкими, Айрав, – огрызнулась Бхарави. – Мы все делали что-то подобное. Ему нужно дать по рукам, а не позорить и не возвращать в архитекторы Лабиринта. Наказание должно соответствовать преступлению.