Книга Небесный город, страница 132 – Критика Рао

Советники, должно быть, приняли решение всего за несколько минут до этого. Ираван не мог поверить, что так сглупил. Сначала инцидент в библиотеке, а потом в гелиолаборатории – конечно, они следили за ним в Моменте. Но в лаборатории было активировано силовое поле камеры смерти, и он траектировал в изолированном Моменте. А библиотека… это было… это было… В желудке у него бурлила желчь. Вдруг это была траекторияэкстатика?

Ко входу в храм он прибыл запыхавшийся и насквозь промокший. Его ждала Бхарави, одетая в полную униформу, и ее полупрозрачная мантия была такой же неподвижной, как и ее ничего не выражающее лицо.

— Я… я могу все объяснить, – запинаясь, пробормотал Ираван.

— Слишком поздно для объяснений, – ответила она, поворачиваясь.

Она начала траектировать, и в стене открылся проем. Ираван последовал за ней, и стена за ними закрылась.

Внутри храма стояло высокое внушительное дерево рудракши, из невидимого Диска архитекторов, спрятанного среди ветвей на самой вершине, лился сине-зеленый свет. Бхарави прошла вдоль изогнутой стены, страектировала еще одну дверь и стала спускаться в сад архитекторов.

Ираван поспешил за ней. На покрытых листвой стенах ведущей вниз лестницы вырастали гелиотехнические светосферы, освещая по одной ступени за раз. Ираван постарался как следует выжать влажную курту, но никак не мог унять дрожь. Он тряхнул мокрыми волосами, забрызгав Бхарави.

Она оглянулась, но ничего не сказала. Ираван схватил ее за руку, заставив посмотреть на него.

— Пожалуйста, Бха, – повторил он в отчаянии. – Ты должна мне поверить. Я не экстатик. В Моменте происходит вмешательство. Наиля… она добыла некое доказательство – математическое доказательство…

— Я уже говорила тебе раньше. Речь не о том, чтобы доказать твою теорию, а о том, чтобы доказать твою невиновность.

— Почему сейчас? Из-за того, что произошло в библиотеке? И лаборатории?

Взгляд Бхарави остался непроницаемым.

— А что-то случилось в библиотекеи лаборатории?

— Я… Нет… я хотел сказать…

— Неважно. Сейчас, потому что ты исцелился. Я же говорила, что тебя все равно подвергнут экспертизе, так или иначе. Вот мы и проголосовали.

Она осторожно убрала его руку и продолжила спускаться по лестнице. На Иравана надвинулись стены. Он помотал головой, пытаясь навести резкость. Руки у него сильно дрожали. Он провел ими по волосам, смахивая капли воды, и попытался вдохнуть полной грудью.

Они достигли конца лестницы, и Бхарави снова начала траектировать. Перед ними с деревянным скрипом материализовалась еще одна дверь. Сад архитекторов занимал значительную часть подбрюшья ашрама, но тропа, которую выбрала Бхарави, вела прямо к саду веристемов. Желудок у Иравана свело. Он много раз бывал в этом саду, но никогда в качестве испытуемого – никогда.

Его взгляд заметался по сторонам. По всему потолку, полу и стенам росли бархатистые черные листья в форме слезинок. Висевшие тут и там светосферы излучали мерцающий свет, но веристем жадно впитывал его. Советники ждали внутри. Утраченные браслеты и бусины рудракши давили на Иравана тяжелее, чем прежде. Тогда его осенило: он бывал здесь раньше, со своими друзьями, но тогда еще не был членом совета. Впервые он осознал, насколько угрожающим был сад веристемов. Растение было кривым зеркалом, показывающим всем только ужасающую правду.