Книга Последняя из рода Жар-Птиц. На перепутье миров, страница 48 – Алекса Вулф

— Чего застыла, как баран перед воротами? — наконец Яга закончила с посудой и обратила на меня внимание. — Али не знаешь, как чай варить?

— Знаю, матушка, — подражая местным, заговорила я. Только что поклоны отбивать не начала — перебор был бы. — Только не ведаю, какие травы брать. Не обучена.

И руками виновато развела. И глазки в пол. Да, само послушание и кротость. Сама бы засмеяла себя, да вот только не до смеху было совсем. От милости Яги зависела моя жизнь. Становиться игрушкой в руках неведомых древних божеств я не хотела.

— Птенец! — плюнула себе под ноги Яга, отпихнула меня бедром подальше и не глядя выхватила с полки склянку с травами. — Сядь уже, неумёха!

И надо было, чтобы именно в этот момент на пороге появился заспанный Иван!

— Что за сварки поутру? Печь не поделили?

— Не смешно, — проворчала я, чувствуя, будто против меня весь мир настроился.

— Твоя птаха совсем желторотик, — отозвалась Яга. — Даже чаю сварить неспособна. Как ты не оголодал ещё с такими талантами Алёнки, одним богам ведомо.

Иван широко улыбнулся. Нет чтоб защитить меня. Да, я не успела показать, что умею готовить, но это же Яга! Хоть для приличия бы возразил. А он… Он!

— Дык в деревне с собой яств надавали в дороженьку, не оголодал.

Ух! Отомщу. Приготовлю самый вкусный борщ, дам попробовать, а потом заберу тарелку из-под носа, и пусть стряпню Яги кушает. Ишь юморист отыскался.

Ела я, не чувствуя вкуса пищи. Обида на Ивана росла, как на дрожжах. В какой-то момент я даже почувствовала в груди неестественное тепло.

Разговор Яги и Ивана, за которым я перестала следить, углубившись в свои переживания, резко оборвался. Оба уставились на меня так, будто на мне огоньки зажглись.

— Что? — буркнула я на Ивана, так как Яге огрызаться даже в рассерженном состоянии не смогла бы.

— Птенец, — вместо Ивана ответила ведьма. — Магия бушует, пытается вырваться наружу.

Я посмотрела на Ягу, на смотревшего как-то уж очень странно Ивана и перевела взгляд на свои руки. Чего я ждала? Пламя на коже? Но ничего подобного не обнаружилось, руки как руки, только подрагивали чуть заметно.

Догадавшись, что ответа на свой вопрос я не дождусь, встала с места и поклонилась Яге.

— Благодарствую, матушка, за вкусный и сытный завтрак. А теперь, если на то будет ваша воля, хотелось бы приступить к службе. Расскажите, что делать надобно?

— Ишь взвилась как, — усмехнулась Яга. — Что ж, коли жаждешь пользу принести, томить не буду.

Поднявшись с лавки, ведьма прошаркала к большому сундуку, что стоял напротив печи. Откинула крышку, порылась внутри.

— Вот. — Найдя искомое, она развернулась к нам лицом. В руке у неё красовался сухоцвет. — Собери мне, Алёнушка, вот таких цветочков. Да не перепутай. Заодно травки различать научишься.

Я приняла цветок из рук ведьмы и осмотрела его. Фиолетово-синие лепестки хоть и потеряли жизненные соки, но не утратили форму. Крупная чашечка со стрельчатыми дольками лепестков и пушистый, покрытый тончайшими ниточками ворсинок стебель. У самой сердцевины угадывалось жёлтое солнышко. Красивый цветок, и даже будто бы знакомый на вид.

— Сон-трава, — выглянув из-за моего плеча, тут же опознал растение Иван. И когда успел подойти так близко?

— Смотрю, травник у вас таки нашёлся. Иванушка, может, и куховаришь заместо девки тоже сам?