Книга Двуликий бог, страница 138 – Мэл Кайли

День давно вошёл в свои права, и солнце стояло в зените, разливаясь тяжёлым томным жаром по залу, обдавая теплом небесного огня и без того разгорячённых асов. Празднество становилось всё более шумным и оживлённым, и вокруг громко смеявшихся Тора, Локи и Фрейра собралось множество асов, заставляя всех нас тесниться друг к другу, будто в большой семье. Пир был беспечен, но стоило мне только с радостью подумать о столь редком и желанном для Асгарда моменте всеобщего мира и единения, как подвыпивший бог грома выкрикнул, что-то яро доказывая:

— Разорви меня на части великаны Йотунхейма, я уверен в этом, как и в том, что женат на самой красивой женщине в Асгарде! — смех затих в одно мгновение, словно по велению злых чар асов лишили их сильных громких голосов. Казалось, слова старшего сына Одина ещё отдавались гулким эхом, отражаясь от стен огромного зала, а за нашей половиной стола уже повисло тяжёлое молчание. Фрейр бросил осторожный взгляд на свою сестру, недавно подсевший к нам Браги перевёл удивлённый взор с Идунн на Сив, будто сравнивая, и по мне украдкой проскользнули чужие выразительные глаза, вгонявшие в краску, а затем все эти смущённые и как будто виноватые взгляды устремились на Локи, точно ожидая, что вот-вот разразится буря. Однако вспыльчивый ас лишь заливисто расхохотался.

— Тебе не придётся далеко ходить, о неосмотрительный Тор, если и дальше будешь выкрикивать подобные заявления во всеуслышание! Асы разорвут тебя сами, уж ты мне поверь! — отсмеявшись, весело и непринуждённо бросил бог огня, разряжая накалившуюся было обстановку. Я мысленно благодарила судьбу за то счастливое совпадение, благодаря которому Локи не воспринял возмутительно грубые и обидные слова недалёкого силача всерьёз. Сурово сопевшие мужья и братья оскорблённых асиний немного смягчились заразительным и беспечным смехом бога лукавства. — Давно известно, что для каждого мужчины его избранница желаннее и краше всех остальных, тут и спорить не о чем. А всеми признанная безукоризненная красавица в Асгарде только одна, и это уж точно не Сив! — уязвлённая Фрейя гордо подбоченилась. Нетрудно было догадаться, кого слова Тора обидели больше всего. Я понимала, что сообразительный и изворотливый бог обмана воздаёт хвалу Ванадис отнюдь не из-за восхищения её красотой (или, по крайней мере, не столько из-за него), а с целью примирить ванов с асами, а последних между собой. Увы, прямолинейный Тор ни капельки не понял его тонкой игры.

— Да как ты смеешь! — взревел он, среди всех важных предостерегающих слов Локи расслышав только конец его речей. Могучий ас вскочил со своего места и в порыве гнева ударил ладонями по столу так сильно, что вся драгоценная утварь жалобно зазвенела, а Браги, зазевавшись, потерял равновесие и рухнул под стол. Мой слабый крик слился воедино с испуганными возгласами Сив, Идунн и Фрейи, а Локи и бровью не повёл, лишь издевательски улыбнулся да вскинул голову, чтобы поглядеть на вспыльчивого собеседника снизу вверх. — Кто здесь решит усомниться в том, что Сив — прекраснейшая из асинь?! Её великолепные волосы подобны золоту, ни у кого в девяти мирах не найдётся больше такой бесценной красоты!

— Печально, когда волосы — единственное достоинство женщины, — склонив ко мне голову, вполголоса заметил Локи, не скрывая своего ироничного тона и лукавой ухмылки. И хотя происходящее очень сильно беспокоило меня, я не смогла не ответить на его колкое замечание, пусть и рассеянной печальной улыбкой. Между тем, вновь устремив взгляд внимательных хитрых глаз на Тора, мудрый ас продолжал, недобро понизив голос: