Книга Двуликий бог. Книга 2, страница 164 – Мэл Кайли

Бальдр просил меня остаться, убеждал одуматься и повременить с возвращением во владения бога обмана. Не то чтобы отец давил или настаивал, однако слова подбирал очень точные и убедительные. Он предлагал моему ребёнку родиться в спокойствии и стабильности, защищённым от любых напастей и неожиданностей, а уже после, если понадобится, войти в золотой чертог с ним на руках. Я не спорила и улыбалась, понимая, однако, что это решительно невозможно, что Локи, вероятно, и не примет под свой кров ребёнка, которого сразу при рождении не признал законным. Да и к чему наносить ему такое оскорбление, нашёптанное Бальдром, даже если отец и не желал никому зла? Я поблагодарила бога весны за заботу, за доброту и покровительство, но всё же покинула дворец, с нежностью распрощавшись с ним и особенно с матерью.

Первые звёзды зажглись на ночном небосклоне, сияя глазами ушедших богов и героев, когда доверенные воины отца передали нас с Идой в руки привратников бога огня. Знакомые стражники приняли меня с почтением, едва ли не с трепетом, и я сумела немного успокоиться. Признаться, я побаивалась, что им может быть приказано выставить нежеланную госпожу вон при первой же встрече, однако этого не произошло. То ли Локи сменил гнев на милость, то ли страстно жаждал своё нерождённое дитя, но в его чертоге я оказалась желанной гостьей. Наше возвращение вызвало переполох в пламенных палатах. Казалось, все слуги во главе с Мией и Хельгой собрались в центральном зале, чтобы встретить нас. Я ощутила, как покраснела, как губы сами собой сложились в смущённую и счастливую улыбку. Искреннюю — в первый раз за долгое время.

Словно из ниоткуда вынырнул сын — взволнованный и бледный, с блестящими неподдельной радостью глазами. Он бережно обнял меня, обдавая сладостным запахом родного дома, затем припал к моим рукам, целуя тыльную сторону ладоней. Сердце дрогнуло, когда я взглянула на любимого сына, склонившегося передо мной, рассыпавшего по плечам курчавые рыжие волосы. И в то же время какая-то неведомая сила обратила мой взор поверх его головы, туда, где у заграждения на втором ярусе стоял Локи, скрестив руки на груди. На миг наши взгляды пересеклись, и меня обожгло безразличием, от которого в животе похолодело. По крайней мере, так мне показалось. Трудно было разгадать сосредоточенный, серьёзный, хмурый взгляд супруга. Затем повелитель развернулся — густые огненные волосы взметнулись в полумраке, отражая свет факелов — и отправился прочь.

— Госпожа? — обеспокоенный голос Нарви заставил меня очнуться, опустить голову, посмотреть на него. Что-то уловив, сын оглянулся, проследил направление моего взгляда, но ничего не увидел. Взволнованные тёмные глаза снова устремились на меня. Я слабо улыбнулась уголками губ и потрепала его по волосам, словно ничего не произошло.

— Всё в порядке, сынок, — я провела ладонью по тёплой щеке — уже чуть колючей — и поняла, что он вырос. Юный господин подал мне руку, и я с радостью оперлась на него. Уже не первый день меня одолевала мучительная слабость, а боль, проснувшаяся минувшим днём, продолжала нарастать. — Время позднее, и я очень устала. Мия, надеюсь, мои покои готовы? — сообразительная служанка немедля заверила меня, что всё в огненном чертоге с самого начала было готово к моему возвращению. — Славно. Ты и Хельга следуйте за мной, мне понадобится ваша помощь. Увидимся утром, Нарви. Я желаю тебе крепкого сна, — я поцеловала сына, и мы разошлись.