Книга Яд для дракона-некроманта, страница 167 – Мэл Кайли

— Когдая́вспоминаю о том, что нам не дали закончить, — прошептал мне на ухо Синистер, выжигая остатки разума, — это «нечто» напрягается до боли от жажды обладать тобой…

Я не выдержала и сорвалась. Достигнув оргазма, застонала и всем телом содрогнулась в руках некроманта. Его пальцы всё ещё касались меня внизу, словно создавали новую ткань мира из света и жара.

Он растягивал моё наслаждение, смакуя момент. А я плыла, таяла, горела.

Прикрыла глаза, и внутри что-то разомкнулось — тонкая, почти священная боль между рёбер. Я почувствовала, как свет поднимается и крепнет, как пульсирует под кожей, просится на волю.

Вивиан! — взвыл Пуфик то ли в гневе, то ли в ужасе, то ли в отчаянии.

Хотела ответить, но мир исчез. Свет вырвался наружу, как вспышка сверхновой. Я ослепла на миг — не глазами, а всем своим существом. Синистер подобрался и прижал меня к себе, словно пытался защитить от того, о чём сам не знал.

Леонтир бросился наперерез, поглощая магию света, как бездонная дыра. Но хранитель, увы, бездонным не был, и вся его шерсть — фиолетовая, невидимая — засверкала и засияла, как блестящая новогодняя игрушка.

Выброс магии занял секунду, может, две. Молния в грозу и то сверкает дольше. Я ощутила непривычную слабость и осела в объятия эйра Нуарэ, потому что ноги просто в один миг перестали держать меня.

Однако он удержал.

— Скажи, Ласточка, — жених коснулся губами моей щеки, — долго мне ещё притворяться, что я не знаю, кто ты, эйресс Вивиан Ирэн Фэрра?..

Я в шоке распахнула глаза. Воздух исчез. Свет погас. Мир качнулся.

Дракон снял с лица чёрную кружевную ленту, завершив игру. Он знал. Знал всё это время! И прежде, чем я успела осознать, что чувствую — стыд, облегчение или удивление — последние силы покинули меня, как отлив, и я потеряла сознание.

Когда открыла глаза, первым, что увидела, был янтарный свет от камина и потрескивавших в нём углей. Я лежала не на холодном камне, не на полу, а на чем-то тёплом и мягком. Тёмные шёлковые простыни пахли сандалом, бергамотом и им.

Эйр Нуарэ сидел рядом.

На краю кровати, наклонившись вперёд и опёршись локтями на колени. Без дублета, без маски холодного равнодушия. Только белая камиза, распахнутая на гладкой гуди, и его взгляд — внимательный, обеспокоенный, чуть усталый.

— Очнулись, эйресс Вивиан, — произнёс он с облегчением. Голос мягкий, как прикосновение бархата к коже.

Я моргнула. В горле пересохло. В груди ещё что-то пульсировало, будто отголосок света застрял под рёбрами. Я приподнялась, но слабость не ушла до конца.

Эйр Синистер подался ко мне и поддержал под спину сильной горячей ладонью. От этого прикосновения я вспомнила всё, что только что произошло в его спальне, и залилась краской.

— Не спешите вставать, — то ли попросил, то ли посоветовал он. — Вы лишились чувств.

— Что… случилось? — растерянно пролепетала я. Поняв, что лежу на простынях в одном полупрозрачном нижнем платье, подтянула к ключицам одеяло.

Некромант задумался. На миг его взгляд стал холодным и колючим, и я догадалась, что мысли у него в голове крутились не самые приятные.

— Синистер?.. — тихо позвала я и коснулась кончиками пальцев его ладони, лежавшей на кровати.

— Возможно, — нехотя начал дракон, — вы слишком чувствительны к моей магии. И хотя она не срывалась с цепи, в отличие от меня, — он хмыкнул, — вы всё-таки перед ней совсем беззащитны.