Книга Личный секретарь Его Высочества, или спасибо за развод, дорогой!, страница 111 – Римма Кульгильдина

Видимо, удовлетворённый осмотром, он, наконец-то поздоровался.

— Леди Элен, — деловито сразу после приветствий проговорил он, — с завтрашнего дня ваш браслет будет иногда вибрировать.

Он смотрел прямо и строго, и мне некстати вспомнилась директриса нашего пансиона. Она также разглядывала нас, когда выговаривала за проступки.

— Я буду запрашивать документы для разбирательства, и чтобы не отвлекать вас по каждой бумажке, артефакт сам будет подтверждать ваше согласие, — всё же разъяснил он после мимолётной паузы.

— Господин Клэрмонт, позвольте уточнить, — начала говорить, осторожно подбирая слова, — браслет будет подавать сигнал, запрашивая моё внимание, после чего я должна буду дать согласие?

Уголок губы адвоката дёрнулся, будто он хотел улыбнуться, но передумал.

— Или, — продолжила я нарочито спокойно, — он будет подписывать разрешение вместо меня, основываясь на этом общем разрешении?

Я внимательно всматривалась в его лицо, стараясь разглядеть малейшую искорку обмана. Если он был, конечно.

И увидела!

Зрачки на мгновение сузились, став вертикальными, по аскетичному лицу пробежала лёгкая, мимолётная тень. Жёсткие линии вокруг рта смягчились, да и сам он как будто расслабился.

Это было похоже на реакцию строгого преподавателя, который наконец-то услышал от ученика не заученный урок, а по-настоящему умный и правильный вопрос.

Он не улыбнулся, но его надменность на мгновение сменилась молчаливым одобрением.

— Леди Элен, — произнёс он и всё-таки слегка растянул губы в улыбке, — вся моя деятельность построена на тонкостях формулировок…

— Вы правы, — прервала его я, резко выдохнула и поспешно добавила: — ведь я уже дала…

Всё это время я не спускала с него глаз и по изменившемуся лицу с ужасом подумала, что поторопилась со своими словами. Лицо господина Клэрмонта вновь стало жёстким, скулы заострились, и мне даже показалось, что из ноздрей вышла тоненькая струйка дыма. Хотя, вполне возможно, это был просто обман зрения или моё слишком бурное к вечеру воображение.

— Леди Лерхенфельд! — рявкнул он. — Никогда не перебивайте делового человека, недослушав его предложение до конца. И уж тем более добровольно не соглашайся на любые ограничения вашего выбора.

Он сделал паузу, дав мне осознать свои слова.

— Никакой магический артефакт не должен давать какие-либо разрешения вместо вас! Любому, кто будет предлагать подобное, можете смело плюнуть в лицо! Разрешаю! — он произносил это с ледяным тоном и с таким выражением лица, что становилось страшно. Он чеканил каждое слово, при этом мне казалось, будто он методично вбивает раскалённые гвозди прямо мне в голову.

Но вот он замолчал. Опустил глаза и раздражённо цыкнул.

Я сидела тихо, сжав кулаки и спрятав руки под стол. Но спину всё равно держала прямо.

— Я поняла вас, господин Клэрмонт, — сказала негромко и порадовалась тому, что голос не дрогнул. Да, звучал тихо. Но звучал ровно.

Клэрмонт сокрушённо покачал головой и сказал, ни к кому не обращаясь:

— Только порадуешься тому, что люди поумнели, как они тут же тебя разочаровывают.

Почему-то эта фраза не расстроила меня ещё больше, а наоборот подняла настроение.

— Я приложу все усилия, чтобы больше вас так не разочаровывать.

Клэрмонт хмыкнул и снова посмотрел на меня.