Книга Эспрессо для миллиардера, страница 20 – Виктория Радецкая

И с отношением к тебе это никак не связано. — Думаю, связано. Ты мешаешь, — Инга покусывает губы. — Теперь я это четко вижу. Развитию наших отношений мешаешь ты и твое кафе. Если его закрыть, у Алекса отпадет необходимость сюда приходить. И ты ему случайно не выболтаешь про Соню. Прости, мне придется это сделать. Мне нужен этот мужик. Он богат, как не знаю кто. Безумно. Пора мне подниматься на новый уровень. Годы-то идут. Своими словами Инга меня пугает. Перед глазами встают кадры из детективов, где после этого, героиню пытаются убить, чтобы убрать с пути. Через минуту подруга именно это и делает, только в переносном смысле: — Я забираю свою долю, — заявляет она. — Можешь сказать Алексу, что помещение свободно. Без моих денег ты не протянешь и дня.

Инга ушла, а я заперла кофейню и поехала домой. Купила бутылку коньяка. Отпустила няню. Продержалась, пока Соня не пошла спать, и выпила весь коньяк, утирая сопли. Сегодня отвезла Соню и опять плачу. На звонки не отвечаю. Завтра, все завтра. Сообщу Алексу счастливую новость, которую он так ждал. Попробую попросить его вернуть хотя бы ту сумму, которую я должна Инге. Завтра. Пока мне надо выплакаться, сидя у своего разбитого корыта. Но ведь я ничего такого у золотой рыбки не просила… Всего-навсего открыть свою кофейню.

Отвожу Соню в школу. Как робот. На меня напала полная апатия. Через день открытие, а на самом деле — закрытие. Сегодня планировала поехать в торговый центр и разорвать договор аренды. Надо чуть прийти в себя. Может, после обеда. В телефоне смотрю вчерашние пропущенные вызовы. Несколько от Инги. Один с сохраненного, видимо навеки, номера Алекса. Остальные с незнакомых. Перезванивать Инге не буду. Вот когда решится точно с деньгами, тогда наберу и скажу, когда ей забирать свою долю. Подругой называть больше Ингу не могу. Это удар в спину. Ну и бог с ним. Зато узнала ее истинную натуру. Она бы все равно всплыла, рано или поздно. От звонка в дверь вздрагиваю. Никаких курьеров не жду. Неужели Инга испугалась, что я исчезну с ее деньгами, и приехала лично? Отпирать даже не собираюсь. Посмотрю в глазок и, если это она, тихонько отойду от двери. Впрочем, у меня хорошая, надежная — за ней не услышит моих шагов. Подхожу, открываю крышку глазка и смотрю туда, как заправский шпион или детектив. Может и как преступник. Неважно. На лестничной клетке вижу… Алекса. Вот так-так! Он настойчиво звонит второй раз. На лице написана решимость заставить меня открыть. Но почему он так уверен, что я дома? Откуда узнал адрес? Я не уверена, что надо открывать. А с другой стороны, что такого случится? — Привет, — отпираю дверь. — Сюрприз! Как мой адрес выяснил? — В договоре аренды посмотрел. Несложно вообще-то. Может дашь мне пройти? Действительно, я стою на проходе, не отодвигаясь от двери. Ладно, пусть проходит, не жалко и стыдиться нечего. Я отступаю в сторону. — И с чего такая честь? — спрашиваю его спину. — Один день не появилась в кофейне, а ты уже тут как тут. Хочешь быстрее обрадоваться? Узнать отличные новости? — А у тебя неплохая квартира, — Алекс продолжает стоять в коридоре, откуда видны двери во все три комнаты, а направо — большая кухня с эркером. Мои вопросы игнорирует. — И дом тоже неплохой. Я думал, будет хуже. — Не сомневаюсь. Хочешь кофе или чего-то покрепче? — А что у тебя есть покрепче? — Коньяк. Вчера выпила одну бутылку, купила вторую, но сил пить не было. Сейчас вот с новыми силами… — Понятно. Я, как чувствовал, принес, — тут я замечаю фирменный пакет в его руке. — Давай, раскладывай, я пока разденусь. Где у тебя тут тапки? У меня мужских одна пара — папа надевает, когда приезжает. Достаю. — Папины. Размер должен подойти, — и забираю у него пакет. На кухне выставляю две бутылки французского шампанского, сыр с плесенью, хлеб из пекарни, нарезки хамона, свежие огурцы и оливки. — Прям праздник какой-то, — комментирую, но Алекс меня уже не слышит: он проходит в ванну. Я иду за ним и подаю полотенце. — Ты так закупился, чтобы отпраздновать? — повторяю вопрос. — Мою капитуляцию? — Так, давай пойдем на кухню. Не здесь же разговаривать. — Он вытирает руки и выходит в коридор. — Пошли, малыш. На кухне он, к моему удивлению, меня усаживает, а сам шурует по шкафам, вынимая тарелки, бокалы, вилки с ножами. Раскладывает еду, открывает с хлопком шампанское и разливает по фужерам. — За нашу встречу, — провозглашает Алекс тост. Пузырьки весело шипят и катятся в желудок. Беру оливку и молчу.