Книга Пустые, страница 50 – Алекс Владимиров

Психотерапевт улыбнулся.

— Шон, успокойтесь. Это всего лишь дежурный вопрос. Мне просто нужно знать, насколько вы близки к правильному восприятию реальности. Ну так как?

— Больше никаких галлюцинаций, — немедленно отозвался я, — Всё в норме.

Почему при этих словах у меня возникло такое чувство, будто я пытаюсь его обмануть. Я ведь не пытаюсь… ведь так?

— Это хорошо, Шон. Очень хорошо, — мистер Коупф сделал пометку в блокнот, — Это говорит о том, что мозг уже очистился в химическом плане и готов воспринимать мир таким, какой он есть. Осталось только очиститься ментально.

— Ментально?

— Именно. В первую очередь вам нужно принять себя. Принять то, кем вы являетесь. И только после этого станет возможным здоровое восприятие окружающей действительности.

— Не понимаю, — отозвался я, вновь повернув голову к нему, — В смысле я должен принять себя? Нужно пройти какой-то тренинг?

— Не обязательно. Но лишним тоже не будет, — психотерапевт пожал плечами, — Понимаете, Шон, в чём дело… Ваше подсознание по-прежнему воспринимает тот сон как нечто и в самом деле произошедшее. События, персонажей… И вам на эмоциональном уровне кажется, что вы перед ними в долгу. Что вы подвели их.

— Подвёл в чём?

— Не спасли. Или не сделали то, что от вас требовалось. Сложно сказать наверняка, — он развёл руками, — Как видится мне, здесь мы имеем стандартную моральную дилемму. Жить дальше, забыв обо всём — или пойти на какие-то действия, чтобы почтить память умерших товарищей. Чтобы их гибель была не зря. И ваш разум мечется между этими двумя вариантами.

— Почтить гибель, — я будто попробовал слова на вкус… горькие, — Но постойте. Я ведь прекрасно понимаю, что никаких товарищей на самом деле не было. Что это всё мне только приснилось. С чего мне хотеть чтить их гибель?

Мистер Коупф тяжело вздохнул.

— Сознательно может быть оно так, — не стал отрицать он, — Но вот ваше подсознание явно считает иначе. И отсюда мы получаем стандартное ПТСР со всеми вытекающими. Сон оказал на вас слишком большое впечатление, и оттого сознание дезориентировано.

— Поверить в реальность сна настолько, что получить от этого психотравму… что ж я за неудачник такой.

— Бросьте, Шон, — он скептически приподнял брови, — Прежде всего вам нужно осознать, что себя вам не в чем винить. Напротив, вы очень неплохо справляетесь.

— Да если бы…

Мистер Коупф задумчиво постучал по блокноту, а после сделал новую запись.

— Давайте попробуем зайти с другой стороны, — предложил он, — Возможно, дело не только в том сне. У вашей тревожности могут быть и вполне реальные причины. Расскажите мне о коридоре, в котором вы очнулись в тот день.

— О коридоре? — я панически уставился на него, — Но откуда вы?..

— Шон, вы же сами рассказали мне на прошлом сеансе. Вы уже забыли?

— А, ну да, ну да, — я облегчённо выдохнул, снова направив взгляд в потолок, — В целом рассказывать особо нечего…

— Расскажите о том, как это было, — пояснил он, — О том, что вы видели. Что чувствовали. Быть может, вспомнилось что-то ещё?

— Это… было жутко, — признался я.

Перед глазами снова возник тот коридор. Кровь, что стекала по стенам и хлюпала под ногами. Мёртвые тела, чьи лица были обезображены злостью. И нож… нож, что — я почти уверен — до этого был в моей руке.