Книга Остров звезд, страница 35 – Анджей Ласки

Когда все уже было готово, и я сидел в одиночестве перед зеркалом в бэкстейдже^[62], давящее чувство тревоги вновь набросилось на меня, как соседская овчарка на Хайера. Я не рассказывал?

У Хая специфические отношения с братьями нашими меньшими – плохие, чего уж тут скрывать. И если кошки максимум шипели, а чаще – держались от него подальше, то собаки кидались на него, чуя за версту, будто именно он своровал тщательно запрятанную вкусную кость. Впрочем, по правде говоря, я бы и сам не разделил с ним банку пива, так, на всякий случай. А уж звери чувствовали внутри него нечистую силу, прямо как в тех фильмах ужасов. Так вот, эта овчарка прямо-таки изрыгала на него всеми нечистотами организма, когда Хай проходил рядом. Сатанинское отродье! И даже непонятно, кому больше идет такой эпитет – собаке, или самому Хаю.

В общем, я снова почувствовал это внутри себя – то непонятное чувство. Сердце зашлось в быстром ритме, пульс участился. Неясное предзнаменование. Что-то неуловимое, странное, и в тоже время гнетущее. Стены тесной комнаты гримерки давили еще сильнее. Такое бывало раньше, не соврать, но я никогда не обращал внимания. Только бы удалось унять внутреннюю дрожь. И на том спасибо!

О, Господи, если вы думаете, что звездам хорошо живется, вы просто ничего не знаете о нас! Внутренние демоны каждый день крошат плоть, пытаясь найти выход… Не так уж нам и легко. День за днем – работа, без выходных. Так и до антидепрессантов рукой подать.

— Кейси, на выход через пять минут, – я и не заметил, как Вуду оказался рядом. Он хлопнул меня по плечу и указал рукой в сторону двери.

— Окей, – я кивнул головой в ответ и посмотрел на себя внимательно в зеркало в поисках малейших изъянов. Вроде все в порядке. – Фуууххх, – выдохнул я с облегчением. То самое необъяснимое чувство опять исчезло, как и не бывало.

— Блудный сын! Блудный сын! – Стонали тонкие стены.

Что же, пора зажечь!

До конца интро^[63] оставалось ровно тридцать секунд. Я сам придумал его, чтобы оставить время на моральную подготовку к очередному выступлению. Проходил это и знаю, что все будет позже: и крики из зала, и энергетика, летящая со сцены, вернется, преумножившись в разы. Все это нужно было лишь мне самому. Вот Эрл уже сыграл свое соло, а Хем, повторяя за ним рисунок, выдал самую толстую ноту, и даже Хайер был близок к очередному музыкальному оргазму. Теперь и моя очередь.

Вуду хлопнул меня по плечу – такой жест вошел в традицию. На самой высокой ноте я появился на сцене в свете прожектора. Зал неистовствовал. Я ощущал себя богом! Я мог делать с ними все, что захочу.

Круг света лег на мои плечи.

— Привет, Алабама! – рев из зала похоронил мои слова под собой, примерно в паре метров. – Ну что, зажжем?

— Даааааа! – зал ответил мне стократным, отражающемся от стен эхом. Другого ответа я и не ожидал. Что же… я провел пальцами по струнам и зрители замерли в предвосхищении. Стало настолько тихо, что я слышал биение собственного сердца. Через мгновение, когда музыка польется в уши зрителей благоговейным музыкальным водопадом, они опять взорвутся криками и овациями. Обожаю!

Я обернулся и подмигнул Эрлу. Это был наш знак – зал готов.

Хочешь ли ты понять, что значит мечта?

И как идти к ней, не сворачивая ни на миг?