Книга Акулий король, страница 200 – Саша Хеллмейстер

«Да, вы вырезаете всех сразу и под корень», – мрачно подумал Гейб.

У дона Мальяно были жестокие глаза. Окутанный дымом и небрежно усмехающийся, он походил на человека, способного есть младенцев заживо. Гейб не верил в его добропорядочность и принципы, хотя позже признавал, что они у Мальяно были, и прежде всего в отношении «гражданских», то есть бандитских семей, строились на простом сицилийском веровании: не тронь мое, я не трону твое. Без нужды обычных людей не убивали. Более того, большинство родственников, включая жен итальянских мафиози, не знали, что их мужья, отцы, дяди были боссами или связанными с мафией. У ирландцев это было не так, и Гейб сильно удивился тогда. Вот и теперь он смотрел на Шарлиз и понимал: бедная девочка даже не в курсе, с кем связалась. Конечно, она может со временем догадаться, что Донни Мальяно не совсем чист на руку, но что связан с мафией… вряд ли.

Они выпили еще немного; без напоминаний им принесли закуски от заведения – тарелку сыров, тарелку копченостей, нарезку колбас, морепродукты. Мужчины со вкусом угощались, много говоря о деле; Шарлиз не вполне понимала, о каком именно – они обсуждали поставки, кажется, алкоголя, впрочем, она не прислушивалась, наблюдая за жизнью «Альтамары». Она не убирала рук, если Донни рассеянно, вскользь касался ее, но и не мешала ему, не влезала в разговор, молчала и изредка лакомилась то кусочком сыра, то мидией, то креветкой в устричном соусе. Гости ночного клуба – в основном молодые юноши и девушки – танцевали на площадке, беседовали, смеялись, ели или пили возле бара. Приглядевшись к нему, массивному острову красного дерева в центре зала, Шарлиз вдруг заметила в самой тени рослую фигуру Анжело, которого узнала почти мгновенно. Рядом с ним на стойку облокотилась высокая стройная брюнетка с гладко зачесанными назад волосами длиной по мочки ушей; одетая в черное платье на бретельках по фигуре, она была сложена весьма атлетически – спину и плечи, прекрасно развитые и тренированные, гостья ничем не скрывала. Мускулистые, но не лишенные изящества руки были сильными, жилистыми. Сравни ее с кем-то Шарлиз, и это был бы стремительный мускулистый гепард. Кто это такая? Может быть, та самая сестра мистера Морроу, о котором Донни говорил? Кажется, Присцилла?

Вдруг женщина поглядела вбок и заметила, что Шарлиз за ней пристально наблюдает. Она безошибочно поймала этот взгляд и небрежно улыбнулась краешком темных напомаженных губ. Шарлиз едва заметно вздрогнула, плавно отвела взгляд и как ни в чем не бывало прислонилась к ручке кресла, привалившись к ней боком, поближе к Донни. Здесь, рядом с ним, она чувствовала себя в безопасности. Та странная незнакомка показалась ей человеком совершенно иной, неизвестной пока что породы, и внушила легкую тревогу, а чем – Шарлиз не могла сказать. Но так чувствовали себя многие из тех, кому доводилось познакомиться с Присциллой Морроу, родной младшей сестрой Гейба.

Она внушала сильное чувство подсознательного страха, какой испытываешь перед хищником, притаившимся в засаде.

Донни заметил, что Шарлиз много молчит и, кажется, заскучала. Остановив мягким жестом Гейба, который рассуждал по поводу возросших цен на сырье, склонился ближе к девушке и ласково спросил: