Книга Разрешаю умереть, страница 83 – Питер Джеймс

Сверяясь с мысленным списком, Грейс отчеканил Брэнсону:

— Как только конпомы оценят ситуацию, отправь бригаду на обыск леса рядом с парковкой. Кинологов с собаками – туда же. И пусть беспилотник облетит прилегающую территорию.

Человеческое тело не самый легкий груз, и если Иден закопали целиком, ее труп находится неподалеку от парковки. Но, расчленив ее, Найл мог унести останки куда дальше.

— Подключи к делу поисковый отряд волонтеров. Посмотри, нельзя ли мобилизовать их прямо сейчас. И еще один момент: в зависимости от обнаруженного в лесу нам может понадобиться совет специалиста по почве. Если найдем то, что ожидаем, пыль на обуви и педалях автомобиля поможет связать Патерностера с местом захоронения.

— Все принято, шеф. Вряд ли твой приятель-начальник будет рад оплатить водолазов и все остальное.

С тех пор как распустили отдел особых поисков полиции Суссекса, подводники основали частную фирму. Работали они на совесть, но стоили недешево.

— Ну да, – улыбнулся Грейс (уйдя в работу, на какое-то время он забыл о кошмаре этого дня). – Он точно не обрадуется.

3 сентября, вторник

Через час после разговора между Грейсом и Гленном Брэнсоном старший врач отделения интенсивной терапии вернулся с новостями о состоянии Бруно, но теперь Эдриан Бертон выглядел куда мрачнее прежнего. Поддерживая друг друга, Рой и Клио взялись за руки.

— Ортопед изучил результаты компьютерной томографии и говорит, что у Бруно множественные переломы ног ниже колен, грудной клетки, правого бедра и левого плеча. Исправить это относительно несложно. Еще, как мы и предполагали, у него разрыв селезенки, и сейчас хирурги делают ему экстренную спленэктомию. Это стандартная процедура, и после нее человек полностью выздоравливает, хотя ему будет не обойтись без приема некоторых медикаментов, причем на постоянной основе.

Грейс смотрел на него, понимая, что это еще не все. На лице Клио отражалось такое же предчувствие.

— Но… – подсказал Рой, не делая акцента на вопросительной интонации, и Эдриан Бертон хмуро кивнул.

— Да. Боюсь, есть одно «но». У Бруно крайне серьезная черепно-мозговая травма. И похоже, не одна. Он ударился головой о две твердых поверхности. По опыту знаю, что голова жертвы сперва ударяется о ветровое стекло, а затем о дорогу. Трещин в черепе не обнаружено, и это хороший знак, но Бруно не приходит в себя, и это плохо. Через двадцать четыре часа ему сделают МРТ.

— Каковы, говоря простым языком, вероятные повреждения мозга? – спросил Грейс.

— Опухоль, – вмешалась Клио, и Бертон кивнул.

— Из-за разрыва селезенки и снижения кровяного давления мозг пережил еще одну травму. Мы называем ее вторичной. Речь о кислородной недостаточности. Врачи делают все, чтобы нормализовать показатели Бруно, произвести экстубацию, стабилизировать состояние и, хотелось бы надеяться, ограничить ущерб от гипоксии. Ему дают три вида препаратов: кетамин в качестве седативного, рокуроний как миорелаксирующее средство и алфентанил, чтобы снять боль.

— Каков ваш прогноз, доктор? – спросил Грейс.

— Сказал бы, что хороший, но не хочу вас обманывать. Прогноз плохой. Но у парня крепкое сердце, и сейчас нам остается лишь надеяться на лучшее.

— И молиться? – добавила Клио.

Бертон улыбнулся одними губами, а взглядом ответил: «Почему бы и нет».