Книга Разрешаю умереть, страница 27 – Питер Джеймс

Далее все перешли на кухню.

— Ух ты, красота. Вот бы мне такую, – восхитилась Литтл.

— Очень мило, но весьма недешево, – заметил Найл.

Олдридж смотрел на него с нарастающим подозрением. Холли остановилась, взглянула на стойку для завтраков, затем на пол.

— Кровь? – спросила она, заметив красные кляксы.

— Чертова картофелечистка. Думаете, я убил жену? Я же видел, как вы смотрели на диски и книги в гостиной. По-вашему, если бы я убил Иден, оставил бы повсюду кровавые пятна? – Найл помотал головой. – Я же не полный идиот.

Патрульные улыбнулись, но одними губами.

— Можно подняться наверх? – спросила Холли Литтл.

— Конечно. А потом прошу на экскурсию по нашему двору – извините, по угодьям, – и посмотрим, найдете ли вы свежую могилу, – криво усмехнулся Найл.

Закончив осматривать дом, они вышли в ухоженный сад. Безупречно подстриженную лужайку обрамляли цветы и кустарники самых буйных расцветок. Чуть дальше, на уютном месте меж двух высоких елей, стоял сарай для садовых инструментов, а рядом – деревянный летний домик, оба в прекрасном состоянии.

— Просто загляденье, – с легкой завистью сказала Холли Литтл, прохаживаясь по траве. – Небо и земля по сравнению с горшками на окнах в нашей квартире. У кого-то из вас талант к садоводству.

— У меня, – с гордостью сказал Найл. – Это мое хобби. Вернее сказать, страсть. Я занимаюсь клумбами, а Иден ухаживает за газоном.

Литтл залюбовалась растением высотой по грудь, с густой кроной, испещренной ярко-красными цветками в форме длинных и тонких бутылочных ершиков. Нескольких ветвей не хватало. Похоже, их отломили.

— Потрясающе!

— Каллистемон цитринус, – пояснил Найл. – По-нашему, каллистемон лимонный. Один из моих деток. Увы, Иден недосмотрела, когда последний раз стригла траву, – говорит, не справилась с новой газонокосилкой, – и повредила куст.

— Ветви отрастут? – спросил Олдридж.

— Если растение не заболеет.

Оба патрульных отметили некоторую озлобленность, с которой прозвучали эти слова.

Найл проводил констеблей к контейнеру для мотоцикла и отомкнул его. Олдридж и Литтл заглянули внутрь: если не считать засохшего масляного пятна на полу, безупречно чисто. В контейнере хранились два падлборда, мотоцикл «хонда» и прислоненный к нему дорожный велосипед какой-то дорогущей модели.

Затем все вернулись в дом и снова устроились в гостиной.

— По какой причине жена могла не вернуться к вам на парковке «Теско»? – спросила Холли Литтл.

— Ни по какой. Не вижу для этого ни единой причины.

— Нет ли у нее – или у вас – явных врагов?

— Врагов? – с неподдельным изумлением переспросил Найл. – Нет у нас никаких врагов. За исключением ее матери. Шучу, шучу!

— Вы про тещу? – прощупал почву Олдридж. – У вас с ней неприязненные отношения?

— Еще бы. – В голосе Найла появилась некоторая горечь. – Она всегда считала, что Иден могла бы найти мужа получше.

— Уверены, что ваша жена сейчас не у нее? – уточнила Литтл.

— Я же сказал, что обзвонил всех, включая местные больницы. А ее мать прислала три сообщения с вопросами, нет ли новостей. Хотите взглянуть?

— Если вы не против.

Найл по очереди показал все три сообщения.

— У вашей жены бывали проблемы с психическим здоровьем? – спросил Олдридж.

— Разве что помутнение рассудка, когда она согласилась выйти за меня, – усмехнулся Найл, но тут же посерьезнел, когда шутка не произвела ожидаемого впечатления. – Нет, не было.