Книга Умереть с первого взгляда, страница 16 – Питер Джеймс

— По тебе не скажешь, что все отлично, приятель. Голос у тебя какой-то убитый. Неприятности?

— Ага, меня обманули примерно на четыреста тысяч фунтов, если ты хочешь знать правду, Джерри. Я вот-вот лишусь собственного жилья и окажусь на улице, а все благодаря собственной глупости.

— Эй, подожди! Как это ты лишишься жилья?

— А вот так, останусь без дома. Совсем.

— Но как… почему… что случилось?

— Рассказать подробно?

— Ага, от начала и до конца.

— Ладно, слушай.

И Джонни изложил ему свою историю со всеми подробностями. А потом замолчал в ожидании реакции Джерри.

Ответ друга был коротким и исчерпывающим:

— Черт побери, старина!

Едва они закончили разговор, как телефон зазвенел снова. И опять в сердце Джонни ожила надежда.

Но это оказался сержант Поттинг.

26 сентября, среда

В дверь отрывисто постучали, и, прежде чем Рой Грейс успел ответить, в кабинет вошли детективы Поттинг и Уайльд.

Год назад вплотную подошедший к пенсионному возрасту Поттинг, за плечами у которого было уже четыре брака, едва не женился снова. На этот раз на служащей полиции, которую потом убили в перестрелке. Встречаясь с этой женщиной, он привел себя в порядок и до сих пор мог гордиться своим внешним видом, что наверняка порадовало бы Беллу, как звали его погибшую невесту.

Он по-прежнему хорошо одевался, но прежний огонь постепенно угас. Поттинг осунулся, побледнел и выглядел подавленным. Возможно, это было связано с раком простаты, от которого он начал лечиться еще в мае, а потом по секрету пожаловался Грейсу, что потенция у него упала ниже плинтуса.

Не в силах справиться с изменившимся миром, Норман постоянно смущал окружающих своими неполиткорректными замечаниями и взглядами, но Рой Грейс твердо решил оставить его в отделе, несмотря на возражения Кассиана Пью, помощника главного констебля. Он боролся за Нормана Поттинга по двум причинам. Первая, и самая важная, заключалась в том, что это был чрезвычайно способный детектив с многолетним бесценным опытом, который, к большому сожалению Грейса, котировался все меньше и меньше. А во-вторых, он просто переживал за этого человека. Сострадание — еще одна ценность, утраченная при переходе на режим жесткой экономии.

Стол для совещаний теперь в кабинете Грейса не помещался, поэтому Поттинг и Уайльд уселись на вращающиеся кресла за столом, стоявшим напротив.

— Рад видеть тебя, Норман, — сказал Грейс. — Давненько ты сюда не заглядывал.

— Маловато свежих убийств, — проворчал Поттинг.

Констебль Уайльд вежливо улыбнулась.

— И тебя я тоже рад видеть, Велвит.

Это была бойкая особа со светлыми, стриженными ежиком волосами, но в строгом классическом костюме, какие предпочитают большинство полицейских.

— Как вообще дела? — спросил Грейс.

— Спасибо, сэр, хорошо, — ответила она с характерным белфастским акцентом.

Рой обернулся к Поттингу:

— Норман, что ты можешь сказать об этом нашем потерпевшем — Джоне Фордуотере?

— Если хотите знать, что я о нем думаю, шеф, то для отставного майора он малость туповат. Позволил себя облапошить дамочке из немецкого агентства знакомств. Его просто слопали, как сэндвич на пикнике.

Грейс посмотрел на констебля Уайльд:

— Ты согласна с этой оценкой, Велвит?

— Ну, это как посмотреть, — осторожно начала она. — В целом Фордуотер мужик неплохой, но показался мне слишком наивным, это Норман правильно заметил.