Книга Прайм-тайм, страница 178 – Максим Шаттам

— На основе наших данных мы можем предвидеть последовательность этапов, запланированных Кратосом, – резюмировал командир штурмовой группы – не лицо, а кожа да кости, ни грамма жира; он напоминал автомат, созданный для работы. – Семь утра, эвакуация в предоставленных ему автомобилях, отсюда и из Булони. На борту он проверяет счет, реквизиты которого он нам дал, чтобы убедиться, что выкуп заплачен.

— Вы можете заглушить его сигнал в этот момент или заменить фальшивой страницей, чтобы он поверил, что деньги переведены? – спросил Филипп Роже.

— Нет. Мы могли бы попросить поддержки французских разведслужб для такой комбинации, – объяснил начоперштаба с ледяным спокойствием, не уступавшим лишь его собранности, – но не за такое короткое время, это сложнее. Если сделать неумело, впопыхах, он может заметить подлог и в отместку убить заложника. Мы не играем в эти игры.

— Значит, в семь часов они садятся в машины, – продолжил командир штурмовой группы, – направление Орли. По пути он нас дважды обводит вокруг пальца. Первый раз – с деньгами. Мы знаем, что представленный счет – это криптовалютное ОТС-бюро, так что он запустит приказ на покупку криптовалюты, чтобы «отмыть» деньги, попытается оторваться от наших трекеров. К тому времени, как террористы прибудут в аэропорт, все будет сделано. Он переведет эти пятьдесят миллионов в другое место и сможет исчезнуть со своими деньгами. Второй трюк – требование, чтобы самолет припарковался к югу от взлетно-посадочной полосы 02/20, посреди открытого пространства, на полосе, зарезервированной для экстренных случаев, то есть всегда доступной. Он это знает, это не случайный выбор, и отметет любые отговорки, если мы попробуем не подчиниться. У нас не останется выбора, а он будет в большей безопасности – он сможет увидеть, как мы приближаемся.

— Значит, его нельзя выпускать отсюда, – заключил Филипп Роже.

Офицеры спецназа обменялись многозначительными взглядами.

— Напротив, для нас это как раз лучший вариант, – возразил командир штурмовой группы. – Здесь возможности для штурма ограничены, у него преимущество. Если же он выдвинется, то не сможет контролировать все параметры вокруг себя. И главное, благодаря работе оперативно-разыскной группы мы теперь знаем, что конкретно он собирается делать. Мы можем многое предвидеть, чтобы его нейтрализовать.

— Но если полоса изолирована и вы не сможете подойти, как вы собираетесь действовать? – забеспокоилась Шарлен. – Вы хотите отпустить его с заложниками?

— Нет, государство на это не пойдет, – ответил начоперштаба. – Нужно искать другое решение.

Начальник штаба явно беспокоился, и Шарлен, которая уже освоилась с военными, не стала прибегать к дипломатии:

— Я чувствую, что вы сомневаетесь. Это невозможно, да? Нет никакого способа вмешаться?

— Изобрести вариант, когда его нет, – это наша работа, мадам. Нет, проблема в том, чтобы нам разрешили сделать задуманное.

Янис расшифровал для Шарлен:

— Политики должны одобрить. Дать согласие не только на выплату выкупа, даже если платит «Медиаплекс», но и на то, чтобы Кратос покинул башню. Это может быть расценено как капитуляция государства, и в этом смысле они вправе запретить нам выпускать его из студии. Ликвидация на месте, и не важно, какие могут быть негативные последствия.