Книга Прайм-тайм, страница 144 – Максим Шаттам

— Так что либо Кратос идиот, каковым не является, либо у него есть свой план.

— Ты все поняла.

Существо в зеркальной маске следило за тем, что печатает Поль. Затем уточнило:

— Деньги должны быть на счете к семи утра.

— Но рассвет в восемь! – воскликнул Дан.

Шарлен включила микрофон:

— Кратос, вы говорили на рассвете, а он наступит в восемь часов. Это огромная сумма, каждая минута на счету, вы не можете сократить…

— Останется совершить последнюю манипуляцию, о которой я сообщу в семь часов. У вас будет час, чтобы удовлетворить мои требования. Если вы будете следовать графику, заложников никто не тронет. Если в семь часов и одну минуту денег на счету не будет, услышите выстрел.

— Вы не…

— Через два часа я оглашу требования, чтобы мы могли уйти отсюда. Они не подлежат обсуждению. Любая задержка влечет штраф.

Ошеломленная его решимостью и угрозами, Шарлен не знала, что ответить.

— Шарли, я понимаю, что флики захотят тянуть время, откладывать. Я буду непреклонен. Теперь ты поняла, зачем мне нужно максимальное число заложников?

Он не будет колебаться. В этом уже нет сомнений. Он убьет Паолу, Бакари, Режи и Поля, вероятно, Аниссу и Мию в Булони тоже. На глазах всего мира.

— До встречи через два часа.

Отдел расследований организовал импровизированный штаб в помещении, примыкающем к мостику производственной зоны. Оттуда они могли наблюдать за входами и выходами – в двух шагах от происходящего, достаточно лишь пересечь центральную зону, чтобы попасть в операторскую, откуда Франк следил за Кратосом.

Сеньон и Магали разложили ноутбуки и обменивались данными, которые им пересылали из казармы Даву, где остальные сотрудники отдела расследований работали над историей похитителей «БМВ», а также анализировали список заключенных тюрьмы «Флёри-Мерожи».

Гильем ворвался в комнату, как метеор, и рухнул на диван из искусственной кожи.

— Есть инфа по банковскому счету, на который он хочет перевести пятьдесят лимонов.

— Дай угадаю: банк в офшорной зоне? – спросила Магали.

— Еще хитрее. Прежних прозрачных банков почти не осталось. Нет, это счет в криптобюро OTC.

— Расшифруй.

— Это частная компания, которая ведет за тебя переговоры и совершает сделки по покупке или продаже криптовалюты.

— Это что, биткоины?

— Да, но не только. Существуют тысячи криптовалют, биткоин – просто самая известная. Это виртуальные деньги, над которыми государства не имеют власти. Обычно, если хочешь приобрести их или продать, идешь на специальную платформу веб-обмена – классическая процедура. Но когда речь идет о совершении транзакции на огромную сумму, все гораздо сложнее, и ты можешь оказаться в ситуации, когда заплатишь намного дороже за продукт гораздо худшего качества, чем тот, который изначально хотел приобрести, просто потому, что ты вышел на рынок. Криптовалютное бюро OTC позволяет это делать втайне, твой заказ неизвестен рынку до момента его исполнения, нет никакой прозрачности транзакций в реальном времени.

— Значит, Кратос хочет, чтобы пятьдесят миллионов евро положили на счет, который купит для него крипту? – резюмировал Сеньон.

— А потом эта криптовалюта исчезнет бесследно? – спросила Магали.

— Нет. Есть такое мнение в массовом сознании, что с биткоинами можно делать что угодно, но на самом деле блокчейн отслеживается, поскольку является публичным.