Онлайн книга «Ведьмы из Броккенбурга. Барби. Часть 1-3»
|
— Скольких ты отправила туда, рваная шлюха? – процедила она, чтобы не дать Бригелле заметить движение ее правой руки, поползшей в сторону потайного кармана, - Скольких после Панди? Бригелла приложила палец к губам, будто пытаясь припомнить. Многие суки в ожидании драки становятся напряженными, скованными. Но не она. Эта вела себя непринужденно и спокойно, словно они с Барбароссой спокойно развалились на лавочке, чтобы пощебетать после занятий. Если это была актерская игра, то наивысшего сорта. Чего еще ожидать от «шутовки»… — За последний год? Шестерых. Ты – седьмая. Знаешь, это оказалось чертовски удобно. Тот прелестный домик в глубинке Верхнего Миттельштадта стал моей маленькой личной гильотиной и я щедро кормила его, уж поверь. — Этот демон, - Барбароссе пришлось сделать усилие, чтобы произнести вслух имя, - Цинтанаккар, он… Бригелла легко кивнула. — Он делал за меня всю работу. Быстро, аккуратно, а еще – очень чисто. Мне больше не было нужды марать руки. Каждый раз, когда мне надо свести счеты с очередной сукой, я просто отправляла ее туда. Рассказывала сказки про набитые золотом сундуки, дряхлого хозяина и возможность хорошенько набить карманы. И даже была настолько милой, чтобы сообщить имя запирающего дверь демона. Чертовски любезно с моей стороны, не так ли? Пальцы Барбароссы, отправившиеся к потайному карману, чтобы извлечь «Скромницу», увязли в плотной шерстяной подкладке, всего на полдюйма не добравшись до металла. Ей надо еще немного времени. Меньше минуты. Пусть Бри болтает, мило хлопая ресницами, пусть поет, точно забывшийся дрозд на ветке. Сейчас наступит ее очередь сплевывать зубы на пол, пуская пузыри окровавленным перекошенным ртом… — Что с ними сталось? — Ни одна из этих шестерых не вернулась, - Бригелла мягко очертила чубуком трубки полукруг в воздухе между ними, будто не замечая ее отчаянных попыток достать оружие, - Неудивительно. Демон, который прислуживает старикашке, смог сожрать саму Пандемию, легендарную воровку, а эти суки не годились ей в подметки. Как и ты, впрочем. Иногда я следила за их судьбой. Не потому, что намеревалась написать об их судьбе миннезанг, отнюдь, скорее из праздного интереса. Выскочив из домишки старикашки фон Лееба, они принимались метаться, точно кошки, к хвосту которых привязали кусок горящей пакли. Самые отчаянные пытались сопротивляться, самые никчемные – спрятаться. Но как ты убежишь от того, что заперто внутри тебя, верно? Цинтанаккар сожрал их всех до единой. Ему нравится вкус человеческого мяса, но еще больше ему нравится пожирать душу своей жертвы, уничтожая смелость, разум, достоинство, все прочее, превращая свою жертву в кусок воющего от ужаса мяса, покорного своей судьбе, покорно плетущегося на бойню. Семь часов могут пролететь как единый миг, когда пьешь вино или ласкаешь юную прелестницу в койке, но для демона с талантами Цинтанаккара это долгий срок. Барбаросса ощутила прикосновение полированного металла к пальцам. Верная «Скромница» привычно ткнулась в ладонь, сдавила костяшки. Мягко, но крепко, как сдавливает рукопожатие лучшей подруги. Подбадривая и наделяя силой. — Так они все… Бригелла улыбнулась. — Одна из них, обессилев от ужаса, вскрыла себе бритвой вены. Остальные шестеро покорно вернулись в дом на Репейниковой улице, под крыло к господину фон Леебу. Больше ни одну из них не видали в Броккенбурге. Знаешь, это даже досадно. Я щедро кормлю сеньора Цинтанаккара, хоть и незнакома с ним лично, но лишена возможности полюбоваться плодами его труда. Согласись, есть в этом нечто несправедливое! Но в этот раз… - улыбка Бригелла походила на беззвучно раскрывшуюся рану, из которой не вытекло ни капли крови, - В этот раз все будет иначе, Красотка. Мы с тобой… |