Книга Имперский вор. Том 6, страница 73 – Дмитрий Ра

А вот то, что отдал мне Ярик, – моя очередная проблема.

Потому что в памяти Никиты Каменского я не нахожу ничего об отданных мне вещах. Только сам факт: да, это важные вещи. Никита хранил их в потайном ящике, но ничего о них не помнил. Откуда взялись, что значат. Просто знал, что они важные.

Я был уверен, что провалы в памяти Никиты касаются только родового источника. То, что он знал об источнике, было блокировано.

Выходит, не только это.

* * *

Той же ночью

В поместье графа Хатурова

— Тань, ты если хочешь к нему, то ты иди… Я всё понимаю. – Толик Хатуров усмехнулся. – Не, серьёзно.

Горничная Хатуровых взъерошила ему волосы и тоже усмехнулась:

— Вот ты дурачок… Ну чего я пойду? Оно ему надо? Он про меня и не помнит уже, Толь. Да и не было же у нас ничего, – соврала она, даже не покраснев. – Просто он мне нравился, это вот да.

— А я не нравился, – добавил Толик.

— Ну ты был глупый ещё, – снисходительно сказала Татьяна. – И мелкий.

— А теперь подрос… – протянул Толик.

— Ну да, – хихикнула она. – И я тоже была глупая. Я же думала, ты меня просто трахнуть хочешь. А это было другое совсем. Ну вот как в школе, когда девчонка нравится, её рюкзаком по голове лупят и за косы дёргают. Да, мой хороший?

— Ага… – Толик глупо улыбнулся и притянул девушку к себе. – Я же не мог тебе сказать, что из-за тебя ночей не сплю. Ну и ты тоже… ты ж всё время крутилась около Ника.

— Ну а как не крутиться? Красавчик же, – хихикнула Татьяна. – Но ты мне теперь правда больше нравишься.

Толик ещё летом поставил себе чёткую цель: соблазнить Татьяну сразу после того, как ему стукнет восемнадцать, – в январе. А готовясь к этому, начал ухаживать за ней. Всерьёз и с умом, а не по углам зажимать. И всё удалось – девчонка растаяла и в него влюбилась!

— Ты классный, Толь… – прошептала она, усаживаясь к нему на колени.

Не то чтобы Толик ей верил. Но… ведь она так стонет с ним в постели! А если б и правда любила Ника Каменского – так вовсе бы не дала, верно?

Он уснул под утро там же, в Татьяниной комнатке, насмерть измотанный горячей девчонкой и абсолютно счастливый.

А вот Татьяна уснуть не смогла.

К Никите она не пошла целенаправленно, хотя очень хотела. Но какой смысл ловить редкие моменты встреч, страдать, звонить? Ясно же, что она ему не нужна. Так, удовольствие получить. Но удовольствие – вообще ни разу не любовь.

Матвей Соболев и Никита Каменский уезжали из имения около семи утра, наскоро позавтракав. У ворот задержались, разговаривая с провожавшим их хозяином поместья.

А Татьяна пряталась в зарослях сирени неподалёку и смотрела, смотрела…

Ей было плевать, кто такой Никита Каменский – граф, князь, дворник, инженер. Вот вообще наплевать. Но ни князем, ни дворником он её не полюбит, это уж точно.

Потому, сидя в кустах, горничная Хатуровых глотала слёзы, не отрывая от парня глаз.

Надо было давно уволиться и найти себе хорошее место в столице. Мария Александровна точно дала бы ей отличные рекомендации.

Но нет. Татьяна не собиралась увольняться. Она собиралась выйти замуж за Толика – чтобы иметь возможность хоть пару раз в год видеть Никиту Каменского.

— Тебя куда бросить? – спрашивает Матвей, когда мы въезжаем в Москву.

— Давай в училище, – отвечаю я и опять задрёмываю.

Всё-таки ментальная экспертиза – мерзкая штука. Поскольку князь Львов старался изо всех сил – да-да, палач и садист, – я до сих пор чувствую себя не то что больным, но сонным. Хотя вроде бы выспался.