Книга Имперский вор. Том 1, страница 101 – Дмитрий Ра

Знакомый такой плащ… чёрный, с капюшоном. И под ним сверкает алая с золотом ткань. Та самая покупательница шерсти с аукциона. Но тот уже часа два как закончился, что она тут делает? Впрочем, без разницы.

Троим взрослым мужикам Никита Каменский, конечно, не соперник. Физически. Ну… будем считать, что они неодарённые. Хотя в этом мире одёжка обманчива, и встречать по ней не стоит. В элегантном костюме может рассекать обычный человек, в простых джинсах – обладатель эфира…

Но варианты? Да никаких.

Подхожу к козлам на три метра и окликаю:

— Алё, уроды! От бабы руки убрали!

И не жду реакции, риск тут ни разу не уместен.

Выпускаю из руки нить тьмы. Она захлёстывает горло того, кто стоит за лавкой, укладывает его на травку. Две секунды. «Удавка» дёргает второго, третьего… Мужики валятся кеглями, ворочаются, не понимая, что произошло, хватаются за шеи. Цепляюсь удавкой за фонарной столб, пружиню и приземляюсь на лежащего на спине грабителя.

.– Придушу! – обещаю, одновременно вытаскивая у него тёмной нитью смартфон.

И кидаю плетение иллюзии перед двумя остальными. Увидев жуткую паучью лапу, ублюдки орут, вскакивают – я едва успеваю отскочить – и делают ноги.

Женщина на лавке судорожно натягивает капюшон, пытаясь спрятать лицо, но мне нет дела до её наружности. Падаю рядом, раскидываю руки и просто дышу. Есть откат. Слишком быстро отработал…

А спасённая жертва, придерживая капюшон, бесцеремонно забирает у меня свой смартфон.

— Спасибо! Но я бы справилась и сама! – говорит она с заметной обидой.

Это вместо потока благодарностей и слёз. Ну-ну.

— Я видел, как вы справлялись, – не удерживаюсь от комментария.

Женщина суёт мобилу в карман плаща и протягивает ко мне раскрытую ладонь. На ладони загорается огонёк. Она демонстрирует свой дар.

Одарённая с аспектом огня. Так какого же?..

— Ищете острых ощущений? – интересуюсь лениво.

— Нет! Делать мне больше нечего!

В голосе капризные и злые нотки, и голос этот принадлежит девчонке. Лет шестнадцати, может. Не по голосу определяю – по лицу, которое капюшон скрывает откровенно плохо. Разве что лоб не видно. А вот тонкий профиль – очень даже. И нежную кожу. Везёт же мне сегодня на красоток!

— Но если я воспользуюсь эфиром – меня тут же обнаружат родители, – добавляет девчонка уже более спокойно. – Я этого не хочу.

— Девушка, вам никогда не говорили, что гулять по темноте опасно?

— Говорили! Но могу я хоть иногда побыть одна?!

Понятно. Избалованное чадо вырвалось из-под маминой юбки. На аукцион, если что. Есть у нас с ней, значит, общее. Это я про аукцион и любовь к одиночеству. Однако интересно – как именно её могут обнаружить? На ней какой-то неснимаемый артефакт? Впрочем, неважно.

Встаю.

— Идёмте, я провожу вас. Придётся потерпеть моё общество до такси.

— Спасибо, – бурчит она, отворачиваясь и вцепляясь в капюшон уже обеими руками.

Усмехаюсь.

— Да сохраню я ваше инкогнито.

Девчонка опять смотрит на меня – очень зло и беспомощно.

— Вы меня узнали?!

Её лицо и правда мне кажется знакомым… Но пожимаю плечами:

— Нет.

— Врёте, – говорит она. – Ладно. Проводите, в самом деле. Что уж теперь!

— Больше они у вас ничего не забрали? – спохватываюсь я.

— Не успели, – мотает головой девица.

Из парка мы выходим молча.

Такси девчонка вызывает сама, гордо отказываясь от моего предложения и возмущённо – от денег.