Книга Костер и Саламандра. Книга 2, страница 154 – Максим Далин

Но вампиры опустили глаза. Определённо они не могли ни врать ему, ни даже попытаться его успокоить – очень он был интересный тип, этот Ричард… И у меня мелькнула мысль, что уйти в вампиры, как он говорит, у него, пожалуй, вышло бы неожиданно здорово.

Но больно же!

— Ну что, – грустно сказал Ричард. – Видите, мессир адмирал: трусят они. Не пойдут, не сделают. А вернее всего, вернутся обратно к этому Эрнсту – и прямиком в ад. Нельзя же так. Поэтому – ну, простите уж меня, ничего мне не остаётся.

— Ты же пройдёшь через смерть, мальчик, – тихо сказал Олгрен уже без всякого ёрничества и насмешечек. – Ты осознаёшь?

— А что делать, – вздохнул Ричард. – Если надо, – и покосился на меня: – Вы же меня простите, леди? Я же не думал, что так выйдет. Вы меня… это самое… тело, в общем… наверное, отправьте с эшелоном. Потому что мессир Валор, когда мы менялись воспоминаниями, намекнул, что вампиру без гроба тяжело, а от вашей столицы – ну сами понимаете, очень далеко до передовой, а до Перелесья и того дальше. А наступит мир – Бог даст, перехоронят меня. В родной земле.

Я его обняла.

— Псих ты, – сказала я ему в ухо. – Псих ненормальный. Но я верю: ты сможешь. Ты сильный. А я всё сделаю, не сомневайся.

Ричард ужасно смутился и очень деликатно высвободился – а потом поцеловал мне руку, клешню, чуть коснувшись губами. Я ещё подумала: уже как вампир, будто хотел поделиться Силой.

Потом он снова посмотрел на Олгрена:

— Только, мессир, давайте – вы. Потому что эти ребята… ну… вроде слабоваты они. И я боюсь, что через них Эрнст что-нибудь там… Скажите: это ничего, что вы меня того… а, мессир? Я в том смысле, что я-то перелесец, а вы – с побережья…

Олгрен тронул его щёку ледяными лунными пальцами:

— Это ничего, Ричард. Моим вассалом ты не станешь, я чую. У тебя свои силы есть… кто бы подумал… Юный же Князь будет у Перелесья… ребёнок ещё, совсем юный. Ничего, на войне взрослеют быстро.

Ричард вздохнул легче, даже улыбнулся:

— Это хорошо, мессир. Я вам доверяю. Кровь будете пить, да?

Олгрен ответил улыбкой:

— Нет. Мне надо тебя не забрать, а обратить, а значит, нам потребуется обменяться Силой. Правда, легче тебе от этого не будет, малыш… но тут уж ничего не поделаешь: тебе придётся через это пройти, как всем нам. Это тоже инициация.

— Это ничего, – сказал Ричард.

Лицо у него было как будто немного растерянное, но я чувствовала, насколько он уже определённо всё решил – и насколько он уже душой в Сумерках. И я подумала: в кои-то веки, похоже, Перелесью повезёт с Князем. Странным образом в нём чувствовалась сила, в этом забавном маленьком парне.

А Олгрен достал из-за голенища нож, вспыхнувший острым лучом.

— Вскроемся – и обменяемся кровью, – сказал он Ричарду. – И тогда ты будешь не вассалом мне, а побратимом в Сумерках.

— Это мы с вами, мессир, вроде как мир в Сумерках заключаем, да? – просиял Ричард. – Между сумеречным Прибережьем и сумеречным Перелесьем, а?

— Да, мальчик, – сказал Олгрен. – И боевой союз против ада. Глядишь, и живые постепенно подтянутся.

Он вздёрнул рукав вместе с манжетой – и резанул запястье. Брызнула кровь, чёрная, как смола. Олгрен протянул нож Ричарду – и Ричард вскрыл вены таким до изумления привычным движением, будто был некромантом и каждый день поднимал мертвецов кровавой жертвой.