Книга Костер и Саламандра. Книга 1, страница 62 – Максим Далин

Благодарность из её взгляда испарилась, взгляд стал подозрительным:

— Немного?

— Броук, – сказала я, – всех надо убрать из комнаты. Тут, как я понимаю, речь сейчас пойдёт о довольно-таки тайных вещах.

Люди Броука немедленно всех выставили. Минаринда пыталась что-то возразить, но её просто вывели под руки. В будуаре задержались только Броук, Сейл – всё-таки он был член Малого Совета, ясно – и я. И то, что осталось от Леноры.

— Жёстко лежать, – пожаловалась она.

— Меньшая из ваших бед, леди, – сказала я. – Сейчас я буду задавать вопросы, а вы будете отвечать. Исключительно правдиво. Потому что, если вы скажете правду, у вас может появиться призрачный шанс на… ну, на лёгкую смерть хотя бы. И на сравнительно светлое посмертие. Но ложь этого шанса лишит с гарантией.

Ленора прищурилась – и я снова поразилась, каким грубым может выглядеть её лицо.

— Это ты устроила, ведьма? – прошипела она.

— Нет, – сказала я. – Это ты устроила. Гелхард умирал несколько месяцев, а ты, видимо, всю его боль ощутишь в лучшем случае за несколько часов. В худшем – за несколько дней. Те, кто учил тебя чернокнижию, рассказывали, что адским силам нужно платить? А рассказывали, что проклятие может откатиться к проклинавшему?

— Я ничего не понимаю в этом, – злобно сказала Ленора. – Я ничего не знаю.

— Я даже не буду стирать защитные знаки, – сказала я. – Это ничего не изменит. Либо кровь свернётся, либо ты сама сотрёшь: человек же не может лежать неподвижно. И всё вернётся.

— Собираешься меня пытать, гадина? – сказала Ленора, как сплюнула.

— Пытаюсь тебе помочь. Но ты, кажется, не хочешь.

Ленора усмехнулась и вытянула руку за линию – и тут же вдёрнула её обратно, задохнувшись и всхлипывая.

— Ленора, – сказала я снова, – кто учил тебя чернокнижию?

— Какая разница, – прошептала она, пытаясь лечь удобнее: ей было не расслабиться. – Это неважно… Его уже нет…

— Ты учила наизусть или есть записи?

Ленора молчала, глядя в потолок.

— Я поняла. Где записи?

— Не помню. Не знаю.

— Пойду я, пожалуй… Потом поищет моя собака.

— В трюмо! – взвизгнула Ленора с болью и злобой. – Под часами с фазаном есть ящичек. Часы… поставить на полдень…

Броук моментально оказался рядом с трюмо, перевёл часы, прелестные часы перелесской работы с бронзовой фигуркой фазана среди цветов. Ящик выскочил, и Броук протянул руку…

— Нет! – приказала я. – Не трогайте, опасно.

Он отшатнулся. К чести Броука, у него была отличная реакция – и он даже не думал спорить. А я испортила этот гримуар ко всем псам адским! Смочила нож в своей крови – и глубокими разрезами начертила на кожаном чёрном переплёте знак развоплощения.

Убила защиту.

Аж зелёный дым повалил – но только на пару минут. И когда он рассеялся, мне стало гораздо легче дышать в этом адовом будуаре.

Я взяла опустевшую книжку, где остались только буквы и прочее, что можно увидеть глазом. Придвинула стул ногой – и стала листать.

Писал некромант, ясно. С мозгами, сдвинутыми набекрень настолько жестоко, что меня замутило.

Это был учебник чернокнижия для простецов. Совершенно кромешные обряды: узнать тайну, вызвать или уничтожить влечение, убить. Обряды подобрали простые, безотказные и вызывающие неотвратимый распад души у того, кто ими пользуется, даже если речь не шла о порче на смерть.