Книга Костер и Саламандра. Книга 3, страница 25 – Максим Далин

В кавалергарды всегда шли самые отчаянные, подумала я. С налёту, с повороту… Чумовой парень.

— Мессир Айк не доложил вашему прекрасному величеству, – заметил Валор, – что трижды брал главный приз в соревнованиях Гвардейского Училища по плаванью и прыжкам в воду. Он совсем не боится моря, отличный пловец, что тоже скажется, и его интересуют элементали как удивительные существа. Мне кажется, у него может получиться.

— Несомненно, – ласково сказала Виллемина.

Айк снова щёлкнул каблуками:

— Служу короне и Прибережью!

— Благодарю вас за верную службу, прекрасный мессир, – сказала Виллемина. – А вы, мессир Диэль?

— А я, государыня, не имел чести быть военным, – сказал Диэль. – Я, выходит, ополченец. Пусть вас не обманывает мой юный и свежий вид, ваше прекрасное величество: это несомненная заслуга художников мессира Фогеля. Мне уже почти сорок лет, я преподавал историю и международное право в Королевском Университете Жемчужного Мола… туда ведь и из Девятиозерья, и с Островов приезжали учиться. Очень достойный и известный всему Великому Северу был университет, да… Я обыкновенная книжная моль, как ни печально это признать, довольно слабо годная для подвигов. Я обучал студентов основам международных отношений, у меня был мирный дом, жена, трое детей и старенькая мама… а потом началась война. И наш дом, стоявший очень близко к форту Русалочий, сожгли дотла в самый первый день… да… Жена, мать, девочки – все погибли в огне, уцелел только сын, он учился в гимназии на другом конце города… а я был на лекции, в университете… вот так.

— О господи, – вырвалось у меня.

— Так уж вышло, прекрасная леди, – сказал Диэль. – Мы с моим мальчиком встретились в сожжённой ратуше, где закрепились защитники форта и города. Не то чтобы мы записывались в ополчение… просто попросили господ военных дать нам винтовки. Признаться, я плохо стрелял… я при жизни носил очки, не слишком хорошо видел… но мне это было неважно. Мне хотелось… вы понимаете… как-то приносить пользу защитникам… хоть кого-то спасти, остановить ад… если уж так вышло с моей семьёй. У нас многие потеряли близких, вообще всё потеряли… только цель осталась – остановить ад.

— Вас там убили? – спросила я. Жалость жгла не хуже Дара.

Диэль согласно опустил ресницы:

— Нас с сыном убили во время ночной атаки. Я простился со своим мальчиком… видел, как он… ушёл в Свет. К Валине и девочкам, к моей маме, так надо думать. А вот сам я… задержался. Душа у меня болела, как тело. И со мной заговорил мэтр Райнор – отчаянный, надо признать, юноша и отважный… и быстрых решений. Я не писал никаких рапортов – это мэтр Райнор велел мне следовать в столицу, куда везли моё жалкое тело. Я слушал солдатскую болтовню о фарфоровых героях и думал, что, быть может, и от меня будет какая-нибудь польза… В госпитале из меня сделали эту красоту… и мой земляк, милейший морячок, погибший вместе со мной, всегда пребывавший в курсе всех событий, сказал мне: «Слышь, профессор, а ведь ты бы государыне сгодился! Тут мессир королевский советник ищет учёных людей с русалками договариваться», – в голосе Диэля впервые еле слышно прозвучала улыбка.

— О мессир! – воскликнула Виллемина. – Сколько горя вы пережили, но какая удача для всех нас, что вы не покинули юдоль! Ваш опыт бесценен, я слышу и понимаю, насколько хорошо вы сможете справиться с очень сложной задачей. Юность мессира Айка – это прекрасно, ваши знания – это просто сокровище. Вы вдвоём сможете сделать то, что больше никому не под силу: договориться с нашими союзниками защищать Прибережье с моря.