Книга Королева роз, страница 195 – Брайер Болейн

Я уронила руки, слезы текли по моим щекам.

Я чувствовала, как из груди сочится теплая кровь. Я знала, что увижу, если посмотрю вниз.

Я зажмурилась, чтобы не смотреть на агонию Веспера.

Когда я открыла глаза, его уже не было.

У колонны лежала кучка пепла.

Перед глазами все поплыло. Дыхание становилось все более тяжелым.

Я опустилась на камни, и голова с глухим ударом коснулась пола.

Боль в груди усилилась.

Я закрыла глаза. А когда открыла их, там стояла Оркадес.

Фейри из озера смотрела на меня с жалостью в прекрасных лавандовых глазах.

Затем она подошла к колонне и подняла Экскалибур, взвесив тяжесть клинка в руках.

— Феррум деаэ. Наконец-то, – с удовлетворением произнесла она. Я не знала значения этих слов, но она произнесла их так, как будто что-то важное завершилось. – Теперь все начнется сначала.

Боль в груди почти утихла. Она сменилась чем-то другим. Оцепенением.

Издалека послышались крики. Голос – такой глубокий и знакомый, что он наполнил меня покоем.

Голова Оркадес повернулась в сторону звука. Я увидела, как ее губы разжались в яростном шипении.

— Сэйбра! – Она взглянула на меня с обвинением: – Ты пришла сюда с ним?

Она вернулась ко мне. Ее губы изогнулись.

— Ты бы отдала клинок сэйбре? Тогда умри, зная это, маленькая сестра, – он проливает их кровь.

Прежде чем я успела моргнуть, она исчезла.

Я закрыла глаза. В голове звучал голос Дравена, который снова и снова кричал мое имя. Его голос был мощнее моря. Древнее, чем звезды. Мое имя было на его губах как обещание невыразимой тьмы для всех, кто встанет у него на пути.

Ледяные щупальца ползли по моей груди, по животу. Я пыталась пошевелить ногами, но не смогла.

Я думала о Веспере. О его нежных поцелуях. Он прижимал меня к себе, когда мы стояли под древними деревьями в темном лесу.

Но сладость воспоминаний исчезла. Все, что я могла видеть, – его жесткий взгляд. И кучку пепла.

Он был больше похож на Флориана, чем я думала.

Я чувствовала, как слезы собираются в уголках глаз. Я думала, что смогу убежать от Камелота, но моя проклятая жизнь последовала за мной.

Видимо, во мне есть что-то порочное, раз я заслужила все, что мне пришлось пережить. Моя собственная семья считала меня постыдной инфекцией, которую нужно скрывать, чтобы я не заразила их своей болезнью.

Куда бы я ни уехала, где бы ни скрылась, я никогда не смогу от этого убежать.

Не было ли это моим наказанием за то, что я убила отца и позволила брату остаться живым?

Я подумала о Кее. Кто скажет ему, что я никогда не вернусь домой?

Я подумала о Ланселетте, которую утянули во тьму. Чувствовала ли она то же оцепенение, когда ее медленно поглощали?

Наконец я подумала о Дравене. На мгновение лед в моей груди растаял, и я почувствовала острейшую боль.

Я хотела сказать ему, что он был прав. Я не должна была доверять Весперу. Мне следовало довериться ему. Я хотела сказать ему, что я действительно доверяла ему.

Но было слишком поздно.

Я подумала о его руках, которые меня обнимали, когда мы лежали вместе в палатке и мое тело сотрясалось от лихорадки. Тогда он держал меня, защищая.

Я даже ни разу не поблагодарила его.

Это воспоминание. С облегчением я поняла, что оно было чистым.

Мои веки дрогнули один раз, второй, когда я позволила себе вспомнить.