Книга На крыльях крови, страница 183 – Брайер Болейн

— В основном из-за Флоренс, – признался он. – Я мог бы остаться дома и стать разведчиком для своего народа. Да, гномы полукровки. Но высокородные обычно не трогают нас.

— Ты все еще можешь уйти, – сказала я. – Никто не станет тебя осуждать. Ну, я бы не стала. Уверена, что и Флоренс тоже.

Он покачал головой.

— После того как тебя приняли, уйти уже нельзя. Я имею в виду, что на самом деле у меня не было выбора, когда я получил письмо, даже если моя девушка думала, что он у меня был. Они, вероятно, пришли бы за мной, даже если бы я попытался отказаться.

— Должно быть, тогда считают, что у тебя большой потенциал, – сказала я, стараясь быть оптимистичной. – Если ты им так сильно нужен.

Он пожал плечами.

— Может быть. Но они тоже совершают ошибки. Вот почему так много первокурсников заканчивают тем, что их выгоняют. Первый год здесь – это что-то вроде «сделай нас или сломай». И иногда я не знаю, что ждет меня.

Я удивленно посмотрела на друга, внезапно пожалев, что затронула эту тему.

— Конечно, сможешь, Навин. Посмотри на себя, у тебя отлично получается. У тебя соло в ансамбле. Высокородные завидуют тебе. Завидуют грязнорожденному!

— Наверное, это должно заставить меня чувствовать себя на высоте. Но, честно говоря, я бы хотел, чтобы они отдали соло Ларисе, – мрачно признался он.

— Ты же это не серьезно, – потрясенно пробормотала я. – Что бы сказала Флоренс?

— Флоренс собирается окончить академию и стать блестящим призом для высокородных. Она всегда будет сражаться за них, Медра. Неважно, что она иногда говорит. Она уважает их и всегда будет уважать. – Навин понизил голос и наклонился ближе. – Будь она на твоем месте, то была бы в восторге.

— О чем ты? – Я поерзала на скамейке, внезапно почувствовав себя неуютно.

— О том, что она хотела бы стать консортом, – печально произнес он. – Я уверен. Она бы не возжелала такого, как я. У нее слишком большие амбиции.

— Ты мог бы стать блестящим разведчиком, – предположила я. – Как профессор Стоунфист. Насколько я знаю, я сижу напротив следующего Темного Клинка.

Он криво улыбнулся.

— Конечно. Но я в этом сомневаюсь.

— А вот и зря, Навин. Ты наверняка не думал, что попадешь в ансамбль «Кровавого крыла». Или что исполнишь соло на флейте, – внезапно с жаром воскликнула я, теряя самообладание. – Но ты это сделал. Будь немного увереннее в себе. Если ты хочешь завоевать сердце Флоренс, я обещаю, это поможет тебе больше, чем что-либо другое.

Он внимательно смотрел на меня.

— Может, ты и права.

— Да, – решительно ответила я.

Я знала, что была права. Я была трогательно, прискорбно права. Я знала это на личном примере. Уверенность привлекала. И высокомерие? Что ж, иногда оказывалось, что оно даже лучше.

Ненавидеть кого-то еще не значит, что ты можешь отвести от него взгляд. Вот почему меня притягивал Блейк Драхарроу, хотя и знала, что он придурок. Он был ходячим и говорящим воплощением высокородного высокомерия. А я была жалкой девчонкой, которая все это время украдкой поглядывала на него.

Он же ни разу не взглянул на меня.

Не в силах сдержаться, я повернула голову и посмотрела на стол Драхарроу. Сейчас он был почти пуст. Остались только Блейк и Виша. Они разговаривали. Какая разница, о чем?

Я вздохнула.

— Итак, расскажи мне побольше о фестивале Ледяного огня.