Книга Полудницы, страница 192 – Павел Волчик

— Что же нам делать?

— Для начала – незаметно доберемся до реки. Он не знает точно, когда мы вернемся, это уже хорошо. Затем произведем разведку боем.

— Боем? – Гульшан цыкнула. – Может быть, они сильно допекли вас, Илий: похитили дочь, чуть не убили, изуродовали ухо. Но зачем же говорить такие глупости? Там целый отряд. А я, в отличие от вас, стрелять не умею и не стану.

— И не придется. Я справлюсь сам.

— Боевиков насмотрелись? Захотелось поиграть в войнушку?

— Все проще: порази пастуха – разбегутся и овцы. Нам повезло. У этой винтовки отличная дальность стрельбы. А наемники – народ ушлый, они не будут исполнять команды того, кто им больше не платит. Того, кто уже мертвец.

Гульшан резко остановилась.

— Вы… просто возьмете и выстрелите в человека?

Доктор молчал.

— Илий, я вас спрашиваю!

— Из-за него горели дома, умирали чьи-то дочери, матери, жены и сестры, из-за него едва не погибли дети.

— И вы решили благородно отомстить? Выстрелом в спину из винтовки с оптическим прицелом?

— Гульшан, я…

— Никогда не пойму вас, мужчин.

Илий уронил голову.

— Все гораздо сложнее и масштабнее. Обо всем, что тут произошло, не могли не знать власти. Подкуплены местная администрация, силовые структуры, включая спасателей. Почему, как ты думаешь, до сих пор никто не явился нам на помощь? Какими суммами и какой властью располагает этот человек, если ему позволяют ходить с целой бандой вооруженных наемников в мирное время, посреди бела дня? Кто же его остановит, если не я?

Девушка стояла не шелохнувшись. Ее смуглое лицо, казалось в серебристых лучах бледным, как у привидения. Тонкая рука прикрывала изуродованную шею.

— Я пошла с вами, чтобы помочь спасти дочь. Пошла за отцом, за талантливым врачом, за упрямым и смелым человеком. Я чуть не отдала за вас жизнь. Но если вы поступите, как все эти убийцы… Я… Я…

— Гульшан…

— Я разлюблю вас.

— Раз… Что?

Теперь лицо Илия почти не выделялось на фоне тумана. Они стояли и глядели друг на друга так, словно встретились два пришельца с разных планет.

— Мужчины… Не видите дальше собственного носа.

— Это не так. Я видел. Чувствовал.

Девушка резко убрала волосы назад, туго заплела их в хвост. Черты лица у нее стали острыми, строгими. Ни дать ни взять – главврач в больнице.

— Пообещайте.

— Что? Я не понимаю.

— Пообещайте, что не нарушите клятву.

— Какую?

— Молчать о том, что только что узнали. И никогда не вспоминать об этом.

Она не смотрела на него.

— Гульшан, сейчас не лучшее время для объяснений…

— Лучшее, – задумчиво произнесла она, глядя сквозь молочную пелену. – Вы так часто ступали по лезвию и остались живы. Человеку может везти множество раз, и только одной неудачи достаточно, чтобы все испортить. Сегодня оборвется чья-то жизнь. Я это чувствую.

— Чувствуешь? Это на тебя не похоже.

Гульшан сверкнула глазами.

— Я имею в виду – ты человек не суеверный и не сентиментальный, – поспешил объясниться доктор.

— Я просто человек. Как и вы, Илий. Как и вы, я давала клятву не вредить людям.

Она пронзила его самым рентгеновским своим взглядом.

— Ну, хорошо, – сдался доктор. – Клянусь.

— В чем именно? – ехидно бросила она.

Илий закатил глаза.

В темноте сложно было распознать, той же дорогой они возвращаются или другой. Туман становился гуще, послышался тихий плеск воды.