Книга Два сплетенных венца, страница 150 – Рейчел Гиллиг

— Нет.

Брут подкрался к нему, словно охотник, преследующий дичь, и, стоило Королю-пастуху ответить отказом, Брут схватил его за горло, швырнул на камень.

И вонзил свой меч в его грудь.

Дети закричали, но Король-пастух не издал ни звука, лишь выдохнул – длинно, шипяще. Он рухнул с камня на землю, и корона соскользнула с его головы. Он протянул окровавленную руку к своим детям.

— Я найду вас по ту сторону завесы, – прошептал он и обратил свой взор – желтый, злой, беспредельный – к Бруту. – Ведь даже мертвым я не умру. Я – пастырь тени. Призрак ужаса. Демон в грезах. Кошмар в ночи.

Он лежал на земле у подножия камня, истекая кровью. И больше не шевелился.

Брут смотрел на него сверху вниз, скаля зубы, и слезы катились по его щекам. Но когда он утер их, в его взгляде был лед. Он трижды коснулся своей Косы.

— Убейте их, – сказал он людям за своей спиной.

Рэйвин бросился на него – и прошел сквозь.

— Подожди, – прогремел голос Духа. – Смотри.

Когда воздух наполнился криками, Брут бросился из комнаты вон. Горящий замок предстал перед ним оранжево-черным кошмаром.

На лугу, в окружении огня и дыма, стоял мальчик.

Он был похож на отца: темные волосы, высокий, угловатый. Выдающийся нос, так похожий на клюв. Единственное, что их отличало, были глаза: не желтые – серые.

— Предатель, – прорычал он и выхватил из-за пояса меч. – Я убью тебя за то, что ты сделал.

— Нет, – сказал Брут, держа красную Карту между ними. – Ты пойдешь ко мне, Беннет. И, как твой отец, почувствуешь мой клинок в своих потрохах.

Мальчик побледнел. Но не двинулся с места.

— Подойди, – повторил Брут, и голос его стал громче.

Беннет склонил голову набок. Его взгляд упал на Косу.

— Нет.

Брут взревел и бросился вперед. Они схлестнулись. Всего тремя ударами куда более крупный мужчина выбил меч из руки мальчишки и занес клинок для последнего удара. Беннет шагнул вплотную и вырвал Карту Косы из руки Брута, а затем, словно это и впрямь были просто бумага и бархат – и ничего более, чем бумага и бархат, – он взял неодолимую красную Карту, улыбнулся Бруту – и разорвал Косу пополам.

Глаза Брута расширились. Он отшатнулся, вновь вскинул меч, но прежде, чем клинок достал Беннета, мальчик сунул руку в карман, вытащил Карту Зеркала – и исчез.

Мир сместился.

Рэйвин и Владычица Леса оказались на грязной улице города. Они наблюдали за тем, как Беннет, накинув капюшон на лицо, выпрашивает еду. Наблюдали за ним, примкнувшим к разбойничьей шайке и шагающим по лесной дороге, чтобы ограбить караван. Наблюдали, как дестриэры рыскали по улицам, а с каждого столба на них – и на всех жителей Бландера – смотрели грубые портреты Беннета.

Беннет, теперь уже мужчина средних лет, обнимал женщину с волнистыми черными волосами и карими глазами. Они стояли под высокими переплетенными деревьями и произносили брачные клятвы.

Видение закончилось там же, где и началось – на лугу.

Тисовые деревья, окружавшие комнату с камнем Короля-пастуха, возвышались до самого неба. Они да комната, которую они стерегли – вот и все, что уцелело в пожаре.

Беннет, теперь уже сгорбленный старостью, пробирался через руины. Он забрался в комнату – и пролил кровь на камень.

Расщелина в камне разверзлась, и он бросил в нее свои Карты: Кошмар и Зеркало.