Книга Сестра грифонам, страница 61 – Джен Уильямс

— Сестра, ты забываешься, – сказала вдруг стражница. – Может, перестанешь уже выпендриваться и позволишь говорить тем, кому есть что сказать?

— Тише, девочки. – Королева сняла с глиняного горшка крышку и сосредоточенно ковырялась в нем тонкой металлической палочкой. – Или вы хотите, чтобы наша новая подруга сообщила всей империи, что женщины королевской семьи Лондуса целыми днями только и делают, что грызутся друг с другом и пьют чай? Держи, это тебе. – С этими словами королева протянула Левен чашку, над которой поднимался легкий ароматный пар. – Крапивный чай, мой собственный купаж. Ты оскорбишь меня, если откажешься его пить.

Левен в смятении посмотрела на чашку, но, подняв глаза, увидела, что королева улыбается, а стражница, вернее, еще одна принцесса, закатывает глаза. Левен осторожно подула на чай и сделала глоток.

— Ваше величество.

Она поставила чашку на стол. Эпона налила себе кофе. Рогоносец, которого она назвала Киллианом, по-прежнему стоял у двери с таким видом, словно мечтал слиться с ней и исчезнуть.

— Я здесь не с официальным визитом, – продолжила Левен. – Империя не посылала меня сюда. Если вы считаете меня… то есть…

— Если я считаю тебя шпионкой? – Броудика приподняла брови. – Или армией вторжения из одной женщины?

— Вот именно. Но это не про меня. Да, я служила в армии, была солдатом, но теперь я в отставке, вот и все.

— Не может быть, – снова вмешалась Эпона. – Сколько тебе лет? Двадцать пять? Или двадцать шесть?

— И ты думаешь, мы поверим, что ты больше не герольд? – добавила женщина с мечом. – Знаки на лице и руках выдают тебя.

— Герольд Илевен, позволь представить тебе мою вторую дочь, принцессу Тоги. – Королева махнула рукой на стражницу у стены, и та коротко кивнула. – Семь дочерей – это семьдесят семь проблем: они вечно цапаются между собой, как кошки, и всюду ищут заговоры. Их хлебом не корми, дай поучаствовать в какой-нибудь закулисной интриге.

— Как ты думаешь, мама, у кого мы этому научились? – рассмеялась Эпона.

— Герольды служат только восемь лет, – осторожно заметила Левен, решившись не давать матери и дочкам увести разговор в сторону. – Дальше мы вольны жить так, как нам заблагорассудится, но знаки остаются с нами на всю жизнь. Мне захотелось увидеть ваш великий остров, Бретлению. Я слышала много историй о ваших лесах, о Друиданноне, о здешних великих королевах.

Тут ей вспомнился холод ее видений, огромная фантастическая крылатая фигура, пролетающая над ней, и Левен добавила:

— И о грифонах. Мне очень хочется увидеть живьем последних титанов Эноны.

— Живые титаны и наши леса – не забава для империи, – внезапно произнес Киллиан.

Левен повернулась на его голос. Ей показалось, что они ровесники или, может быть, он немного старше. Его густые каштановые волосы были частично заплетены в косу, а глаза цветом напоминали зеленый нефрит. Одет он был как следопыт: в мягкую кожаную куртку, теплую вязаную тунику и высокие прочные ботинки. На его плече висела узкая перевязь из малиновой кожи, а на поясе – мешочки, кисеты и какие-то фигурки. А еще из его висков росли закрученные остроконечные рога цвета старой кости, терявшиеся в волосах.

— И не смотри на меня так, убийца, – тихо добавил он. – Я тоже тебе не игрушка.

Эпона рассмеялась: