Онлайн книга «Брачный приговор»
|
Он помолчал, внимательно наблюдая за выражением лица Иллариты. — А если я беременна? — прошептала девушка. — Ведь вы… мы… брачную ночь… И порозовела. — Ты не можешь быть беременной, — ответил герцог, — потому что я не дарил тебе своё семя. И раз уж ты сама заговорила о ребёнке, то… Он помолчал, словно собираясь с мыслями или подбирая слова. — Ребёнок очень нужен, но мне противна сама мысль, что я могу смешать свою кровь с кровью убийцы. Поэтому наследника родит Дедея, но все будут считать его матерью тебя, мою… супругу. Последнее слово он буквально выплюнул. — Буквально час назад выяснилось, что она уже носит моего сына, поэтому завтра я пошлю твоему отцу гонца с радостной вестью. И сообщу, что ради покоя герцогини лекари рекомендуют до рождения малыша отменить все посещения. Ты увидишь отца только на обряде принятия ребёнка в род. Что до Дедеи — её жизнь теперь намного важнее твоей, поэтому ты будешь выполнять все её капризы! А если попробуешь расстроить, нагрубить или огорчить… Он полоснул Лариту взглядом. — То моя жена подарит мне наследника и умрёт от родовой горячки. С последними словами он наклонился над Илларитой, вынудив её буквально вжаться в подушку. Девушка зажмурилась, натянув одеяло до самого носа, но его светлость не уходил, продолжая над ней нависать. И она не выдержала — приподнялась, храбро посмотрела в глаза мужу и произнесла: — Вы, милорд, только что сказали, что Дедея для вас важнее всех? Странно, а куда подевалась ваша любовь к Милитте? Её тело ещё даже не нашли, не предали земле, а вы уже ждёте ребёнка от другой? Получается, Дедея у вас была одновременно с Милиттой. Вы изменяли моей сестре, лицемерно называя её любимой! — Не смей! — зарычал его светлость. — Не смей касаться имени Милли! Да, Дедея была и раньше, но только потому, что я мужчина и у меня есть определённые потребности! После свадьбы с Милиттой фаворитка бы вышла замуж за кого-нибудь из преданных вассалов, оскорблять жену я не собирался. А теперь мне не для кого хранить верность и истязать себя воздержанием. К тому же, ребёнок сейчас весьма кстати. — Ребёнок от любовницы, — задумчиво произнесла Илларита. — Как вы хорошо всё распланировали, милорд! Но что будет, если я не доживу до её родов? — С чего бы это? — после короткой паузы поинтересовался его светлость. — Ты про руки? Но от этого не умирают, я узнавал у лекарки. — Что будет с вашим бастардом, — повторила девушка, — если я покину этот мир до того момента, как ваша фаворитка разрешится от бремени? Виллем молчал, с изумлением наблюдая за супругой: «Надо же, голос прорезался? Осмелела… Видимо, я был с ней слишком мягок!» — Ничего хорошего, верно? — не дождавшись ответа, добавила Ларита. — Ни для вас, ни для этого ребёнка. И неожиданно произнесла, нет, почти приказала: — Отойдите, милорд, вы заслоняете мне свет! Он машинально отступил, глядя на жену так, как смотрел бы на говорящего коня или внезапно ожившую мебель — недоверчиво и с неподдельным изумлением. Девушка приподнялась, принимая сидячее положение, и его взгляд невольно прошёлся по её плечам, ключицам и тонким рукам. «Набор костей, — фыркнул Виллем про себя. — Но какие вопросы она задаёт! Откуда что взялось?!» — Так вот, милорд, я нужна вам, — она продолжала, не замечая выражения его лица, — как жена, как единственная наследница своего отца! Моя репутация — это ваша репутация! Моё унижение — это ваше унижение. И моя смерть — это, в каком-то роде и ваша смерть. То есть, ваших планов. Поэтому определитесь уже, что для вас важнее — месть или графство Сафир? Если первое — то зачем вам ребёнок от фаворитки? Бастард никогда не наследует отцу, даже если тот его признал и растил наравне с законными детьми. Даже если он единственный его сын! |