Книга Я обязательно вернусь. Книга 3.2, страница 60 – Нора Ольвич

Всё совершенно неплохо складывалась.

Единственное, о чём я раздумывала, так это о своём дворянском титуле. Отец ни разу мне не сказал о моём баронстве. Кристин Аими Беатрис д' Сов — звучит красиво, но я не слышала предложения признать это имя.

Сейчас я княжна, наместница царя на своих землях. Пусть они остались в Новгороде, но этот титул дан мне с рождения (согласно легенде). Баронесса — это просто землевладелица, не самый верх аристократии, скажу я вам. Я не гонюсь за титулами, но и впадать в зависимость от кого-либо не собираюсь. Становясь баронессой верноподданной короля Франциска и любого его наместника на тех или иных землях, я должна буду неукоснительно выполнять их требования. Надо мной будет стоять граф или маркиз, и любые мои поместья будут входить в состав их графства.

Мне это не подходит. Абсолютно.

— Кристин, поделитесь со мной своими мыслями.

— Кто я Антонио? Я как-то об этом совершенно не позаботилась.

— Зато о других вы думали всегда. Это не упрёк, не подумайте, это просто факт. По документам княжны Христины вам сейчас идёт восемнадцатый год. Выглядите вы ещё моложе. У вас два варианта: вписать себя в грамоту на основании завещания Каталины, и стать княжной д' Арагонна, наследуя за Каталиной титул и её княжеский остров, который значится за ней в Неаполитанском королевстве. Или разделить со мной графский титул де ла Гутьеррес. Я готов признать вас официально своей старшей сестрой. Кристин, вы княжна, а по рождению инфанта, ниже графского титула, вам не стоит опускаться.

Итак, я часами просиживала в кабинете капитана, решая, оформляя документы, вшивая их по датам, в семейный архив д' Арагонна. Придя в этот мир бесприданницей, на этот момент я была достаточно состоятельна. Мне ни к чему баронство и подати на имущество, которым я владею. Спасибо, Антонио, я благодарна ему за всё. Он готов меня сделать совладелицей титула. Но я останусь при своём.

На воскресной мессе в свои права вступала княжна Кристин Аими Изабелл д' Арагонна.

«Аими» — так хотел отец.

«Изабелл» — имя женщины, которая дала мне жизнь в этом мире.

Так тому и быть. Я не буду прогибаться под обстоятельства. Я буду носить с достоинством то, что мне принадлежит по праву.

Пересекая Гибралтарский пролив, мы с надеждой смотрели вперёд. В смотровой корзине постоянно находился юнга с подзорной трубой. Я старалась не думать о том, как я выгляжу.

Хотя могла себе это представить, потому как каждый день видела похудевшую и ставшую ещё более смуглой Анжелик. С затянутыми волосами, в короткой причёске — это был просто юнга. Привыкший ко всему, в том числе к тяжёлой работе на судне. Куда пропала та прелестница, которая изъявила желание прослушать лекции по философии в Сорбонне?

Зеркало в руки брать не хотелось. Растрёпанные юнги, с неухоженными руками. Мы уже больше месяца были в пути, и это сказывалось буквально на всём.

Но на принятие католичества я надела-таки наряд, в котором уезжала из Парижа, на мне был крест отца и браслет с портретом князя Давида. Волосы легли в косу вокруг головы. Рассветное солнце, оно осветило сие таинство. Граф Антонио с капитаном провели службу. Вокруг были самые близкие друзья, команда и Анжелик. И Вселенная, как же без неё — главный свидетель.

Наши бортовые орудия были в боевой готовности. Позади остался остров Мальта, нас встречала Адриатика. Суда, которые замечал смотрящий, мы старались не пересекаться с ними. Набирая скорость, уходили из зоны видимости.