Книга Затмение; Год 1666 – Часть 1, страница 35 – Нора Ольвич

Вопросы сыпались, и следователь просто не давал вздохнуть. А ещё приходило осознание, что это не просто фотография, это его Ксюша там, на берегу избитая и изувеченная, сброшенная кем-то в ледяную воду, а затем просто утонувшая в море. И что с этим ему теперь жить всю оставшуюся жизнь. А Света тоже убита, что он несёт? Они нашли её тело?

— Светлана убита? — его глухой, безжизненный голос сказал о многом….

— Это я хотел у вас спросить Игорь Валентинович.

— Я постараюсь всё восстановить в памяти, вы поймёте, что я не убивал Ксению и не знаю, где моя жена. Ксения, она появилась полгода назад, словно из ниоткуда, испуганная и потерянная. Просила защиты, нас многое связывает с ней. Я боюсь, что Свету могло зацепить происходящее с Ксю, они действительно издали похожи. Нужно во всём этом разобраться. Я хотел бы пригласить адвоката.

Взяв ручку и лист бумаги, не останавливаясь, стал писать, всё, что помнил, что рассказывала Ксения.

Боялся возвращаться в камеру, боялся одиночества, не отдавая себе в этом отчёта, всё сильнее сжимал ручку, карябая лист до дыр.

— Успокойтесь, подозреваемый.

— Я любил её, понимаете, с самого первого класса. Любил, всю свою жизнь.

Встав, метался как раненный зверь.

— Почему всё это время вы не сообщали о пропаже жены?

— Я не знал, думал, она у матери, после нашей ссоры в квартире исчезли её вещи… А я, я искал, Ксению, где я только не был. Она уже один раз бросала меня, в юности. Я не переживу второго раза.

Мужчина не сводил застывшего взора со следователя и шептал, словно не в себе.

— Поверьте, я никого не убивал…

Всегда открывая одну половину тяжёлой входной двери в форме арки в основное парадное строение старинного замка, невольно рассматривая, что на ней было вырезано искусными мастерами, задавала неосознанно один и тот же вопрос:

«— зачем человечество так много тратило энергии и ресурсов на окружение себя красотой, почему для него было так важно, сделать эти двери произведением искусства»?

С этими мыслями, выйдя на улицу, ощутила себя, будто впервые оказалась на широком, из тёмного гранита крыльце. Возникло чувство, словно за мной наблюдают множество глаз, или я сдаю государственный экзамен в универе. Неспешно спускаясь по лестнице широкого крыльца, следила за полётом мысли:

«— почему так не хочется в Париж»?

«— но и в Прованс сразу нельзя. Я, конечно, не знаю, что осталась в хранилищах, в тех, самых удалённых и секретных, но это всё равно, что сразу показать пальцем служителям Ордена на объект их вековых вожделений».

Итак, мистер Коллин, неразгаданная загадка, как быстро случился камнепад. Что ещё может этот мужчина? На что он ещё способен? Мне предстоял нелёгкий разговор с ним. Где он? Одно дело, если покинул нас. Это всё объяснимо, кто мы ему? А если остался? То почему? Постепенно накручивая себя, ускорила шаг. Услышав шум, свернула в конюшни.

«— и всё же в чём его интерес»?

Запахи. Знакомые с детства, того далёкого и невозвратного. Тихий стук копытом, моего жеребца, в дверцу стойла. Узнал по шагам. Своя конюшня всегда была в мечтах, а ещё в глазах стоял табун белых диких лошадей, что нёсся по мелководью в Провансе в лучах закатного солнца. Только ради этих грёз о прошлом стоило начать жить заново.

«— воспоминания, они расслабляют и делают тебя беззащитной. Соберись».