Книга Затмение; Год 1666 – Часть 4, страница 92 – Нора Ольвич

Наша невозмутимая Эстер Аранда вязала ажурное кружево неподалёку, сидя в кресле и полностью контролируя ситуацию; стол её светлости был завален бумагами, умильная мордочка бишон-фризе Моник с большим количеством маленьких хвостиков на голове, не сводила взора с этой идиллии.

Княжна Волконская с супругом, несмотря на траур, который уже, как восемь месяцев носила наша семья по погибшему милорду, отправилась с на виллу к морю. Увезли они и маленького сына Артура, которому недавно исполнился годик. Собираясь принимать солнечные ванны на прогулках, желая уединения и романтики, они взяли с собой только мадемуазель Флави, мадам Марту и шевалье Ноэля с охраной.

Итак, рутина по составлению вежливых отказных писем на приглашения, по поводу тех или иных мероприятий в княжестве, к нашей семье легла на хрупкие плечи её светлости графини Денизы делла Гутьеррес.

— Княжна, отчего она так поступила? Ведь знает же как мне это в тягость. И даже не оставила черновиков с возможными литературными оборотами, допустим, по тому или иному поводу, сюжету, так сказать. К примеру, баронесса Мари-Доминик д’Сен-Жан, она не отступится; хочет видеть нас с юными виконтами на десятилетии своего старшего сына. Мне просто необходимо составить ей ещё один очень вежливый отказ, который не должен быть повторением других. Кажется, весь свет задался целью получить нас на то или иное мероприятие.

— Не уехав в своё время, допустим в имение в Испании мы, конечно же, обрекли себя на эту рутину.

Мой голос нарушил очарование затруднительного положения Денизы. И она сразу заняла оборонительные позиции.

— Мы не уехали тогда и не уедем в ближайшем будущем. Дети должны вырасти, сформироваться и окрепнуть. Мы не смогли им подарить поля, полные лаванды, так хоть пусть насладятся бескрайними просторами тёплого моря и, конечно же, фруктами. Князь Луи интересуется нашими занятиями с близнецами; его впечатлили знания виконта Огюстена, в том числе английского и испанского языков. Маленькое же фортепьяно Бланш было вообще вишенкой на торте. Маркиза, вы не находите, что наши близнецы уникальны?

— Прогуляемся Дениза?

Я наблюдала, как она с радостью оставляла своё рабочее место, однако с тревогой бросив взгляд на документы, что касались нашего ювелирного салона. Работы было несомненного много, и я шла ей на помощь.

Но перед полным погружением в бумаги и литературное творчество, решив прогуляться в нашем саду, зная, как палящее солнце немилосердно липнет ко всему чёрному, была в сером, аккуратно стараясь всем своим внешним видом, внести послабление в траурные одежды нашей семьи.

— Не говорите при детях об их уникальности. Что вы делаете мадам графиня?

— А что я делаю, госпожа маркиза?

— С детства внушаете им мысль, что они несравненные и самые, самые. Вы тем самым разрушаете, то, что сами создаёте с таким трудом. Все ваши заботы и знания, что дети получают сейчас с мыслью о своём совершенстве, будут использованы в будущем только на то, чтобы доказывать всему свету их несравненность. И им, конечно же, необходимо общаться со сверстниками. Почему бы нам не принять приглашение баронессы д’Сен-Жан.

— Траур не снят, Каталина. До определённого времени семья будет вести закрытый образ жизни.

Меня будто полоснуло жидкой ртутью глаз упрямой женщины, что шла рядом.