Книга Не про Любовь!, страница 25 – Нора Ольвич

Мокрая, после долгих дождей трава сразу взяла в свой холодный плен. Кроссовки ещё не промокли, но это был просто вопрос времени.

— Хорошо хоть комаров нет.

— Ида, ты знаешь, куда идти?

— Примерно. Ступай за мной след в след. Найди себе палку удобную. Вроде как это тропой раньше было, вот и трава в разы ниже. А звёзд одинаковых не бывает, это тебе так, на будущее, дитя двадцать первого века.

Так плутая, ориентируясь только на звук взволнованного моря, мы наконец-то вышли на берег. Тёмные волны, набегая друг на друга, шипя, откатывали, таща за собой всё, что можно. Под ногами хрустел мокрый песок, смешанный с ракушками и обрывками водорослей. Влажный ветер пронизывал насквозь, неся с собой запах соли и йода.

Далеко впереди виднелись слабые огни. Мне показалось, что это поселение. Они мерцали сквозь пелену влажного и туманного выноса с моря.

— Зачем мы здесь?

— Нора, после шторма на берегу можно много что найти. Давай поспешим, пока местные не проснулись. Мне слышится собачий лай. Бухта небольшая. За несколько часов управимся. Зато согреемся, всё равно делать нечего. Пошли.

Это был тот ещё труд. Городская, не привыкшая ковыряется бесконечно в песке и гальке, я выдохлась уже через каких-то полчаса.

— Сколько ещё. Послушай, сил нет.

— Я не скажу тебе посиди, сама справлюсь. Не скажу потому как, всё делаем вместе. Хорошо?

— Ты скажи, что мы ищем. Вот это что?

В песке волнами был зарыт кожух. Так, мне показалось на первый взгляд. Ида тянула его, отбрасывая камни и гальку. Поняв, что нужно делать, я стала помогать.

— Мешок непромокаемый, из кожи овечьей. Бурдюк. Содержимое посмотрим в доме. Тяжёлый. Сядь, посиди возле него вот в за этим кустом шиповника. Дальше я сама.

Её не было рядом около часа. А может, мне от страха эти несколько десятков минут, казались вечностью. Любой звук, отличающийся от привычного фона взволнованного прилива и отлива, заставлял сердце бешено колотиться. Мне казалось, что огни приближаются и звучат чьи-то голоса на берегу.

— Пошли быстро в кусты, а затем в лес! Там утопленники! Живых никого нет. Их песком заносит, прилив начался. Видать судно затонуло в эту ночь. Страха натерпелась.

— Что у тебя в руках?

— Вещи.

— Их?

— Нет. Твои! Прекрати немедленно! Мне нужно понять, в какое время мы попали. Возьми бурдюк с собой! Иди по воде, а после вон свернём и по крупным камням сразу наверх. Нельзя следы оставлять на песке.

Глава 6.

Мы взбирались на скалу. Поросшая дубами и кустами с длинными прямыми ветками на первый взгляд она была непреступной. Именно на ней стояла та лачуга, которая приютила нас. Отмечая про себя, что спуск в другом месте был пологий и совершенно без проблемный, я вновь ощутила, как камень выскочил из-под ноги и гулко стуча по собратьям, продолжил свой путь к открытой воде. Звука практически не было слышно, потому как море, до этого и так не отличавшееся спокойствием, начинало волноваться буквально на пустом месте.

Оно точно злилось и гнало со своего берега неизвестных ему чужестранок. Грозило нам темнотой и холодным льдистым мерцанием. А ещё высокими волнами. Которые с силой вколачивались в береговую линию, накатывая на скалы и прибрежные рифы.

Чайки, предчувствуя перемену, с криками метались над волнами, словно пытаясь предупредить всех о ещё одном грядущем шторме. Небо заволакивало свинцовыми тучами, скрыв последние лучи рассвета. Оно просто на просто стало одним целым с линией горизонта и океаном. Вновь началась морось. Мелкая, она была повсюду.