Книга Королева и Демон: Наследники Зинзимона, страница 15 – Дора Шабанн, Вера Кенцен

Судьба и Старые Боги, или родственники, что будет точнее, его помиловали. Вернули смысл жизни, цель, право быть, дышать, хранить честь династии.

Как бы затейливо ни легла в итоге его дорога, но некоторые вещи неизменны: Королеву Зинзимона новоиспеченный Сын Севера встречал уважительно склоненной головой. Мать, очень злорадно улыбаясь, направилась к алтарю, куда метко брошенный Миргаром родовой кинжал прибил демона.

Все понятно — семейного хранителя заждался его зим-рил.

Взяв за руку пунцовую от смущения Мириллу с заплаканными, но сияющими от счастья глазами, Миргар подошёл к родителям и деду. В звенящей морозной тишине молодые люди опустились на колени и принц заявил:

— Воистину, сегодня вы подарили мне вторую жизнь. Счастливую. Об одном лишь прошу — благословите.

* * *

Что же, брат с сестрой сделали свой выбор, как-то умудрившись сплести в надежный канат желания сердца, устремления души и долг крови.

Хитрые засранцы дружно выбрали свалить с Севера, подальше от родни.

Нет, она их понимала, конечно. Сама о таком долго мечтала. Но Судьба не просто шутит, злит и испытывает. Да, демон тоже постарался, но именно размышления о смысле собственной жизни принесли Эйе Эльроре понимание, как до́лжно ей поступить.

Утро после ритуальной ночи выдалось безветренным. Небо было высоким и чистым. Мороз — терпимым.

Или это принятое решение так изменило для нее все вокруг?

Прихватив плащ, Первая Наследница Короны Зинзимона, сестра правящей Королевы, не предупредив охрану, умчалась на «Язык Крови».

К древнему ритуальному камню. Снова.

— Здесь и сейчас, перед лицом Старых Богов у алтаря королевской династии Зинзимона, я — Эйя Эльрора, заявляю, — на древний камень опустился Малый Женский Венец, украшенный зим-рилами. — Я — старшая дочь Раргара Огненного и Эйи Мироры Кровавой.

В дрожащей тишине, объявшей «Язык Крови», на алтарь легли надрезанные крест-накрест ладони первой из наследниц Зинзимона.

Алые капли впитались быстро, и с пронзительным звоном лопнувшей струны древний камень явил миру новую Корону Наследницы, усыпанную кровавыми лепестками вперемешку с аквамаринами.

Залитая светом Айрмирона, высоко держа голову в новом Венце, шла к Зимнему Замку по свежему снегу та, которой хватило сил признать перед всем миром, что кровь не водица, но истинные родители — те, кто вырастил. И да, шанс на счастье упускать не в правилах наследниц Константа.

А когда на закате этого судьбоносного дня, Эйя Эльрора опустила ладони в воды Священного озера в Заповедном Лесу, то весь Зинзимон наконец-то снова услышал её звонкий весёлый смех.

Он принес жителям Королевства радость и покой, подарил Правящей чете, стоявшей в обнимку на верхнем замковом балконе, счастье и тепло, а замершему у кромки Заповедного Леса Лернару — восторг и надежду.

'Не спешил бы Дед Мороз к нам через ухабы.

Лёд на речке б не замёрз, кабы, кабы, кабы…'

Много недель спустя, как отгремели в один день сразу две королевские свадьбы, далеко-далеко в жарком халифате, расположившись на морской террасе, мирно беседовали молодые правители Южного Леванта: Миргар Сын Севера и Мирилла Огненная.

Юная, любимая и единственная, Дарованная Судьбой, супруга молодого халифа в силу возраста была еще непосредственна в своих порывах, но очень подозрительна из-за семейной истории: