Книга Старуха, страница 53 – Анна и Валентина Верещагины

Розалинда с вызовом взглянула на Беатрис, но лицо отражало искренний испуг.

— За все два года моего... правления я не слышала об этом! Да, я знала о жемчугах, но об омовении чьих-то ног слышу впервые. В прошлом году я пожертвовала огромную сумму, посетила храм и полночи молилась стоя на коленях на холодном полу! После этого я смогла подняться с постели лишь через несколько недель — так ужасно болели ноги, а мое тело полыхало от жара. Но ты говоришь о чём-то совершенно ином...

Беатрис нахмурилась.

— В таком случае теперь мне всё понятно, — на её губах растянулась недовольная улыбка. — Маркиза манипулировала вами всё это время с особым энтузиазмом.

— Маркиза Паолини всегда этим занималась. Она вела праздники ещё при жизни покойной императрицы и знала каждый жест, каждую интонацию. Почему она так жестока со мной...

— Именно поэтому вы должны её оттеснить, — вклинившийся голос Беатрис стал тише, но приобрёл пугающую твёрдость. — Лия Паолини слишком прочно укоренилась в придворных кругах как истинная хранительница традиций.

— Да, как погляжу, пока она распоряжается и заправляет всем, я стала в глазах двора лишь неясной тенью, занимающей трон, некогда принадлежащий её сестре. И даже мое высокое окружение не нашло в себе смелости сказать мне о моих ошибках.

Заметив перемену в настроении Розалинды, Беатрис испуганно подошла ближе и осторожно взяла императрицу за руку.

— Ваше Величество, вам нужно быть осторожней в словах. Она возненавидит вас ещё сильнее. Эта женщина не прощает посягательств на её...

— На её «что»? — сузив глаза, переспросила императрица.

— Простите меня, Ваше Величество, но я... Я наговорила лишнего...

— Да плевать! — сократив расстояние, Розалинда приблизилась к брюнетке вплотную и прошептала: — Пусть ненавидит, но уважает силу. Что касается вас... Вас всех, — блондинка обвела пальцем всё вокруг, — абсолютно все должны стоять за моей спиной, а такая, как она, и вовсе потеряться где-то в тени. А никак не занимать мое место. Но больше всего меня интересует: почему никто из вас не рассказал мне всех нюансов? Даже после моей оплошности? М?!

— Ваше Величество... Я... Мне так жаль. Простите меня.

Склонившись в поклоне, Беатрис заметно дрожала.

— Что ж, уж теперь не изменишь, — отвернувшись, Розалинда хмуро взглянула на свои дрожащие руки. Она ощущала, как на её плечи ложится непосильная тяжесть имперской короны, которую она ещё не научилась носить. — Я сделаю, как ты говоришь, и возьму бразды правления этим праздником в свои руки. А ты мне в этом поможешь. Выпрямись, Беатрис. Мне не нравится видеть тебя в таком унизительном положении. Лучше помоги мне в этот раз всё сделать правильно.

— Как прикажете, Ваше Величество, — выдохнула женщина, придав голосу твёрдость. — Я подготовлю свитки с порядком молитв, а также составлю подробную инструкцию ваших действий.

Когда группа двинулась дальше, Беатрис удовлетворённо кивнула улыбающейся Розалинде и снова бросила задумчивый взгляд на Сару, шагавшую поодаль. Почему-то эта девушка вызывала внутри неё тревогу.

Огромный банкетный зал, словно сошедший со страниц сказки, сиял в свете хрустальных люстр. Золотые нити драпировок переплетались с живыми цветами, источавшими тонкий аромат. На столах, покрытых белоснежными скатертями, сверкало серебро и искрился хрусталь бокалов. Оркестр на возвышении настраивал инструменты, готовясь наполнить пространство музыкой. Это был апогей светского сезона, и высшее общество собралось здесь во всем своем великолепии.