Книга Старуха, страница 43 – Анна и Валентина Верещагины

— В зуб даю! Маркиз готовит ее к тому, чтобы выдать замуж за породистого дворянина. Держи ее рядом, но будь осторожнее... Эта тихоня, —ворчливо, — она как мышка, но мышка с острыми зубами. Не недооценивай.

Куда ни плюнь, а со всеми будь поосторожнее... Неужто здесь нет никого, кому я смогу доверить сокровенные секреты?

— ...Дура что ли?

— Забудь о друзьях и тем более — подругах. Ты — самая влиятельная женщина, по крайней мере для народа, и среди титулов у тебя самый сильный. Даже не думай открываться кому-либо из них! Я твой верный друг уже потому, что разболтать тайн твоих не смогу, да и совет дельный дам!

Сдержав порыв закатить глаза, я отвернулась к следующей девушке, самой неординарной из всех – Маргарет Дак Роберти. Она старше большинства здесь присутствующих, и притом что не замужем! Но самое интригующее в ее персоне – она младшая дочь герцога соседней страны – Акроса. Маргарет – воплощение учтивости и воспитания. Она безмолвна, а если и говорит, то всегда осторожно подбирая слова. Взгляд внимательно считывает язык тела каждого, кто ее окружает. Акросийка больше слушает, чем говорит, и это слишком сильно настораживает бабку, но, как ни странно, вызывает и симпатию. Особенно ей нравятся кучерявые, пружинистые шоколадные локоны и бирюзовые глаза девушки, которые оттеняют красками ее обычную внешность.

Воздух, наполненный терпким ароматом трав и легким звоном фарфора, разбавлялся игрой флейты. Кто-то вышивал и вел непринужденную беседу, а кто-то наблюдал за шахматной доской, стоящей на соседнем столике.

— Это будет грандиозно! – воскликнула Виктория, заливисто смеясь. – Завершение светского сезона, да еще и в честь окончания военной кампании! Интересно, сколькие успеют вписать свое имя в мою карту для танцев? Хихик!

Виктория, с ее вечной склонностью к необдуманным высказываниям, вдруг подняла тему предстоящего банкета.

Беатрис тут же бросила на нее предостерегающий взгляд. Не зря она занимала должность в секретариате императрицы.

— Ох, а платья? – воскликнула с улыбкой Мария. Ловко уводя разговор в безопасное место, она спросила: – Вы уже решили, какие наряды собираетесь продемонстрировать на балу?

— Ух... – подобралась Виктория. – Я скупила, наверное, половину магазина с ферзенскими шелками. Платья отшивают последние два месяца, но я до сих пор не определилась...

— Как мне кажется, мисс Донуа следует заранее запасаться белым атласом и золотыми нитями, ажурными кружевами... – с улыбкой подмечает Анна.

— Точно-точно! – с ответной улыбкой соглашается Маргарет.

Тема тут же переключилась на молодых лордов, которые должны будут появиться на банкете.

— Не знаю, как вы, дамы, но я жду встречи с Эриком Кальвини, – защебетала Виктория. Услышав знакомое имя, у меня на коже вздыбились волоски, но я нашла в себе силы не поднять глаз от фарфорового дна. – Говорят, он такой же умный, как его отец, отважный, как его дед, и красивый, весь в мать!

Что-что?!

— Тише, тише, – смеясь, шепчет Роза, – спой мне ту песенку, под которую ты обычно засыпаешь. Ну, та, что успокаивает тебя.

Я, по-вашему, ребенок? Думаете, брошусь ревностно рвать на ней волосы лишь потому, что она осмелилась произнести имя? И то, что он красив, весь в мать?

— ...Почему-то я в этом не сомневаюсь. После вашего знакомства ты себя ведешь крайне глупо. Я понимаю, первая влюбленность, розовые очки, но не заблуждайся. Вспомни, как ты разочаровалась в своем муже, когда он явил себя во всей красе.