Книга Старуха, страница 103 – Анна и Валентина Верещагины

Замолчите! — чуть не сорвалось с губ вслух.

— Да его в лучшем случае женят на той же Саре, отошлют куда-нибудь, где отсвечивать не будет. Это в лучшем случае, а в худшем... Хочешь расскажу?

Нет...

Эрик повернулся ко мне. Его взгляд стал невыносимо изучающим, будто он пытался прочесть скрытый текст между строк моих слов, разгадать причину моего скачущего настроения.

— Его убьют...

— С вашего позволения, Ваше Величество, — произнес с формальной почтительностью в тоне, лишь подчеркивавшей ту бурю, что бушевала между нами секунду назад.

— Да-да... С твоего позволения, дорогуша.

— Можете идти, капитан.

Он повернулся к выходу, но на пороге задержался. Его тяжелый, задумчивый взгляд снова упал на Сару. Уже не как на мебель. Как на человека. Как на девушку.

— Розалинда…

Молчите! — крикнула я мысленно, стискивая пальцы так, что ногти впились в ладони.

Он вышел. Дверь закрылась с мягким, но окончательным щелчком, будто захлопнулась крышка музыкальной шкатулки, прервав жуткую мелодию.

Тишина в комнате стала густой и звонкой.

Мария облегченно выдохнула.

Маркус расслабил затекшие плечи.

Сара, встретившись со мной взглядом, робко улыбнулась. В глазах светилось немое извинение и вопрос: «Я правильно сделала?».

Я кивнула, ответив едва заметной улыбкой.

Да. Правильно. Ее маленькая, блестящая постановка спасла нас всех от крупных неприятностей. Но в груди клокотало что-то неудобное и горячее.

И пока Мария бормотала извинения, а Маркус мрачно смотрел в пол, я уже строила в голове планы. Что скажу капитану Кальвини на той самой встрече через два дня. Какими словами продолжу наш спор.

Почему-то одно лишь ожидание этого разговора заставляло сердце биться с бешеной, запретной скоростью, смешивая в коктейль ярость, страх и предвкушение.

Идиотка... — мысленно комментировала Роза понимая, что Розалинда совершенно не хочет понимать услышанных ею недавно жестоких слов.

Обратный путь в общий зал показался коротким, но был полон мыслей. Мария, шагая рядом, тихо докладывала:

— Всё выяснилось, Ваше Величество. У дверей кухни столкнулись две служанки с подносами. Одна уронила медный таз с столовыми приборами, отсюда и грохот. Ничего серьёзного.

— Благодарю, Мария, — кивнула я мысленно витая где-то в облаках. — А капитан Кальвини… он появился почти мгновенно. Как будто был рядом, но мы ведь его не видели.

— Он… он часто проверяет периметр во время больших приемов, Ваше Величество, — немного смущенно ответила Мария, и я заметила легкий румянец на её щеках.

— Опа-опа! Что это у нас? Румянец? Да ты присмотрись, да эта девица твоим строгим капитаном явно не просто так восхищается. Хотя и понять ее можно: красив, силен, знакомы они с детства. Чем тебе не первая любовь?

Я поджала губы, зловредно стиснув челюсть.

— Отношения между ними куда ближе, чем я думала, — отметила бабка и я была солидарна с ней.

Надо бы расспросить Марию при удобном случае. Вдруг Роза заблуждается, а я сейчас накручу себя почем зря.

— Ой... Делай что хочешь, я вообще буду молчать!

Заметно обиженным тоном заявила бабка, но меня это не тронуло. Пусть беситься, обижается, мне плевать.

Когда я снова заняла свое место рядом с Наилем, меня ударило волной спертого, теплого воздуха, смешанного с запахом вина и еды.