Книга Зимний дом, страница 2 – Кэрол О’Коннелл

Теплый октябрьский ветерок бабьего лета играл желтыми лентами, которыми полиция огородила каменные ступени и часть прилегающего тротуара. Заграждение напоминало бархатный канат перед театральной сценой, хотя сегодня вся публика состояла из трех припозднившихся гуляк. Судя по тому, что они пошатывались и вразнобой горланили какую-то песню, все трое были пьяны. Их присутствие действовало на нервы полицейскому, лицо которого расчертили свекольные и мертвенно-бледные отсветы мигалок.

— Проваливайте отсюда! — орал коп, отгоняя пьяных.

Чарльз Батлер припарковал свой «мерседес» за полицейской машиной, ступил на тротуар и вытянулся во весь недюжинный рост — шесть футов четыре дюйма. Мягкая грация движений скрашивала глуповатое выражение его лица. Из-за больших глаз навыкате с тонкими голубыми радужками, полуприкрытых тяжелыми веками, казалось, что он постоянно чему-то удивляется. На длинном крючковатом носу вполне могла поместиться пара воробьев или откормленный голубь. Впрочем, от галстука и ниже этот сорокалетний мужчина был отлично сложен и прекрасно одет, если не обращать внимания на отсутствие жилета от костюма-тройки.

Он одевался в спешке, ведь его ждала Мэллори.

У короткой каменной лестницы, ведущей к парадной двери, стояли двое полицейских, которые преграждали путь всем, кто хотел войти. Приблизившись к ним, Чарльз невольно улыбнулся — ужасная оплошность с его стороны. Когда его лицо принимало радостное выражение, он становился похож на сумасшедшего — под стать трем скрывшимся в темноте пьянчугам. Не дожидаясь, пока его прогонят, Чарльз показал наверх — там стоял самый плохо одетый мужчина Америки, сержант уголовной полиции Райкер. Облокотившись на кованые перила, он прикуривал от чужой зажигалки и продолжал говорить, выдыхая дым на собеседника.

— Я с ним.

Райкер обернулся на знакомый голос и криво улыбнулся Чарльзу — такой улыбки удостаивались только те, кто ему нравился.

— Привет, как дела? — детектив спустился на тротуар и пожал руку Чарльзу, который был значительно выше него. — Спасибо, что приехал. Я понимаю, что уже поздно…

И действительно, было похоже, что Райкер проспал большую часть ночи, не раздеваясь. Впрочем, он всегда выглядел помятым уже с самого утра. Желтый свет с верхней площадки лестницы скрадывал морщины детектива, отчего тот казался моложе своих пятидесяти пяти лет.

— Всегда пожалуйста. — Чарльз посмотрел сверху вниз на невысокого приятеля, чувствуя необходимость извиниться за то, что так над ним нависает.

— Мэллори сообщила что-нибудь интересное?

— Нет, совсем ничего.

— Может, и к лучшему.

Райкер махнул на лестницу и стал подниматься первым.

— Здесь живут две женщины. Одна из них сегодня ночью убила мужчину. Довольно просто, да? — Он бросил окурок через перила. — Расспроси их. Поговорим позже.

Они вошли в открытую дверь, из-за которой звучал старый джаз. Оказавшись в большом, заполненном людьми фойе, Чарльз подумал, что не удивился бы, услышав среди гула голосов позвякиванье льда в бокалах. Райкер кивнул на ходу нескольким мужчинам с полицейскими значками на карманах костюмов.

— Эти ребята утрясают одну юридическую формальность.

Немного поодаль о чем-то горячо спорили женщина в форме и мужчина в штатском.

— Медэксперт страшно недоволен. — Райкер указал на молодого человека со стетоскопом в кулаке. — Мэллори не отдает труп — использует его, чтобы надавить на хозяек дома.