Книга Серый, страница 3 – Константин Муравьев

Раз. Несколько крупных булыжников лежит прямо передо мной.

Два. Бугай, что сзади, уже на расстоянии удара.

Три. Падаю вниз. Боли нет. Страха нет. Зато вот он, первый булыжник. А вот и второй.

Четыре. Прямо с земли бью булыжником бугая по колену. Он орёт и выпускает свою трубу, хватаясь за раздробленные кости, заваливается набок. То, что нужно. Ещё один удар. И бугай перестаёт орать. Трудно издавать какие-то звуки с размозжённой головой.

Пять. Три дружка главаря в паре метров от меня. Приостановили свой бег. Это даёт возможность мне подняться на ноги.

Шесть. Один из булыжников летит в голову ближайшему из них. Второй другому.

Семь. Быстро поднять трубу.

Восемь. Шаг вперёд и один удар направо. Второй удар налево. И со всей силы прямо в лоб как раз пришедшему в себя четвёртому.

Девять. Шаг в направлении главаря. Он что-то орёт мне, тыкая в лицо неизвестно откуда взявшимся ножом.

Десять. Удар по руке. Та обвисла плетью. Второй удар по горлу. Надоело, что он всё время орёт. Последний удар прямо в зубы.

Одиннадцать. Труба как в масло вошла в глотку главаря.

Двенадцать. Разворачиваюсь и вижу улепётывающего от меня слизняка. Два шага вперёд. Очередной булыжник в руке. Недолгий полёт и бесчувственной тело падает на землю.

Тринадцать. Обещание нужно сдержать. Беру ближайшую трубу, выпавшую из руки одного из отморозков, и с холодной точностью бью главаря в область виска. Первый.

Четырнадцать. Один из гопников приходит в себя. Второй. Небольшой разворот. Третий. Ещё один шажок. Четвёртый.

Пятнадцать. Неторопливо, отстранённо фиксируя происходящее, подхожу к бугаю. Пятый.

Шестнадцать. Слизняк уже пришёл в себя и пытается уползти. Неудобный угол удара. Прижимаю его ногой к земле. Удар. Шестой.

Всё, «счёт» окончен.

Но состояние отстранённого зрителя всё ещё остаётся со мной.

Я будто бездушный робот.

Так же спокойно иду к телу девушки.

Без сознания, но вроде бы жива. Беру её на руки и иду к ближайшему фонарю.

Повезло, рядом находится приметный дом и скамейка.

Положил девушку на скамейку.

Ей нужна помощь.

Необходимо вызвать «Скорую». Со своего телефона звонить нельзя.

Посмотрел на неё. Вроде на плече у неё до сих пор болтается какая-то сумка. Проверяю её. К моему удивлению и кошелёк, и оказавшийся там сотовый на месте.

Телефон работает.

Набираю номер «скорой».

— «Скорая».

— Ранена девушка, — говорю я, перебивая оператора, — множественные ушибы, возможны переломы. Лежит на скамейке у дома номер семнадцать по улице Володарского. Скамейка около первого подъезда.

И уже не слушая какой-то взволнованный голос с той стороны линии, отключаю телефон.

Отрываю от своей футболки кусок ткани.

Потом тщательно вытираю его и убираю обратно в сумку к девушке.

Проверяю все места, где мог коснуться её тела голой рукой, и так же вытираю их.

«Всё, я сделал для тебя всё что мог», — думаю я.

Но всё ещё не ухожу.

«Нет, просто так оставить её нельзя», — понимаю я и, осмотревшись, вижу густой кустарник метрах в семидесяти.

«Пойдёт», — решил я и сел на край скамейки.

Девушка как-то прерывисто дышит. Слышны сильные хрипы.

Я понимаю, что возможно у неё повреждены лёгкие.

«Держись», — мысленно стараюсь удержать её я на этом свете.

Раздаётся вой сирены. В конце улицы видны отсветы несущейся машины «скорой помощи».