Книга Технарь, страница 378 – Константин Муравьев

Преодоление атмосферы планеты истребитель после того, как я немного поработал над ним, теперь должен был выдержать, по крайней мере в голой теории.

«Вот это мы сейчас и проверим», – включая дополнительное ускорение, подумал я.

Хоть торможение корабля давно включено, однако этот гравитационный колодец с огромнейшей скоростью продолжает гнать меня вниз.

Я приготовился к сильнейшему удару. Никакие компенсаторы не смогут поглотить ту инерционную бомбу в виде моего столкновения с плотным, по сравнению с вакуумом космоса, воздухом, что отделяет меня от планеты. Да еще и на такой огромнейшей скорости.

Инстинкт заставляет сжаться и покрепче ухватиться за штурвал, но вот знания и рефлексы, вбитые в меня базами знаний, наоборот перевели все мое тело в расслабленное и какое-то желеобразное состояние. Я почувствовал себя живым и думающим студнем.

Но, к моему удивлению, так и перегрузки было пережидать гораздо проще. Казалось, что, надавишь в одно место, инерция сквозь тело одной сплошной волной проходит и уходит куда-то вдаль, даже не оставляя последствий.

И вот он удар.

«Черт!» – Чувствую кровь во рту.

Даже студень почувствовал боль от такого столкновения, но зато именно этот инерционный взрыв и заставил истребитель затормозить. И теперь он уже самостоятельно, управляемый автопилотом, направляется в сторону сигнала маячка.

«И еще раз черт, – встряхиваюсь я, – мне туда нельзя».

Быстро беру управление истребителем в свои руки.

«Приземлюсь где-то в окрестностях, поблизости от маячка, но чтобы истребитель не заметили, придется прижаться к самой поверхности планеты», – параллельно комментирую я свои действия, при этом достаточно уверенно управляя этим легким боевым агрегатом.

И это тоже вызвало еще один приступ удивления. Мне казалось, что от моих костей и мелкого раздробленного крошева не должно было остаться при таком-то ударе, но почему-то я отделался только лишь многочисленными синяками и кровоподтеками.

«Да щеку вот прикусил, – вспомнил я о железистом привкусе крови во рту. – Неужели этот странный настрой, заданный мне опытом, полученным из баз знаний по выживанию, настолько перестроил мое сознание и помог пережить эту гравитационно-инерционную бомбу?»

После чего я непроизвольно потрогал голову, забыв, что ее закрывает шлем. Но, к своему еще большему удивлению, без всякого на то сопротивления дотронулся до кожи.

«Не понял», – и я посмотрел на руки, на которых по идее должны были быть надеты летные перчатки, но и их не было.

«Это чего такое?» – оглядываю себя и в изумлении понимаю, что вся амуниция распалась на какую-то мелкую крошку, которая постепенно отваливается и оседает вниз.

«Что за черт?» – никакого объяснения происходящему я дать не могу. Все, что было на мне, превратилось в мелкую пыль. И ладно бы это только касалось одежды, но я только сейчас заметил, что нет и ремней, которые удерживали мое тело. Плюс сидел я не в гравикомпенсационном кресле, а на его металлическом остове.

«Вот почему я испытывал эти непонятное неудобство», – несколько запоздало всплыла догадка в моей голове, хотя тело стало ощущать этот непонятный дискомфорт, как только мы преодолели атмосферный слой планеты.

Но это ничего не объясняло.

Оглядываю остальную кабину. Если структура корабля начала распадаться, то и ему лететь не долго. Однако все остальное оборудование корабля было на месте и вроде бы даже функционировало так, как и должно было.