Онлайн книга «Время неблагих. Книга 2»
|
— Э, — сказал я, — я думал, мы о некромантии же… А ты — как в семинарии! Ричард состряпал якобы суровую мину: — Отставить разговорчики, боец! Твоё оружие — Дар, боль и кровь, слово Божье и чутьё, а уже потом уже чертёжики и заклинания. Ты ведь души отпускать умеешь? — Лео учил, — говорю. — И на что похоже? — Ну… молитва. — Вот. «Из глубин мрака взываю к милосердию Твоему» — как дальше? Мне ещё повезло, что я впрямь в законе разбирался на «изрядно», а может, даже и «выше ожидаемого», хоть никогда больше «посредственно» и не видел. Но это меня просто законоучитель не терпел. А вот Ричард слушал и кивал. Только когда убедился, что я в церковном круге особенно не путаюсь, сказал: — Ну вот, дружочек, теперь уже можно перейти к главному. Глупо, конечно, алгеброй пичкать, если человек таблицу умножения знает с пятого на десятое, но ничего не поделаешь. Тебе надо понять, как вяжут Узлы. Обязательно. Кадавра ты ещё сможешь сам поднять, одним Даром и вдохновением, а Узлы — это нужно формулы. Давай свою тетрадку, смотри звезду. Звезда сложная. Из всех, что я видел — самая сложная. Ричард её несколько раз нарисовал моей рукой, чтобы я движения запомнил, последовательность. — Это важно, — говорил он. — Это формула, что за чем идёт — очень важно. А рисуется в две линии: кровью и освящённым воском. Держи-ка. И несколько свечных огарков мне дал. — Это чистые свечки очень. Братец Фрейн служил. Эх… любимый мой наставник юдоль покинул, сердце сдало… Но Фрейн очень славный, свет чистый, так что бери, не сомневайся. Сначала кровью будешь рисовать, а потом воском, но движения должны быть одни и те же. Запомнил? — Да, — сказал я. Ричард сказал, что у него любимый наставник умер — и мне вспомнился наставник из нашего прихода, маленький добрый старик, вечно грустный… всё время к нему таскались с проверками. Я его вспомнил и подумал, что не увижу больше, наверное… и маму вспомнил, потом Шельда… — Эй, — окликнул Ричард. — Ты не унывай, Валиен. Даже те, кто ушёл, оставляют свой свет… а с живыми судьба сводит, не печалься раньше времени. — Я понимаю, — сказал я и встряхнулся. И руку с огарками убрал, а то я для Ричарда как стеклянный. — Я запомнил звезду. Что говорить? — Запиши и заучи, — сказал Ричард. Такая это была странная молитва… такое прямое и честное обращение к Богу — почти как Лэрик попросил сил своим рукам… «Господи, помоги, освободи, очисти и дай разглядеть пути во тьме», — так тряхнуло меня… жарким пониманием каким-то. «Дай капельку света тому, кому нужен свет, Господи, и подай знак, что позволяешь покамест идти по смертной стезе…» Ну да. — Это моя формула, — сказал Ричард. — Для особых случаев. Она работает, друзья много раз проверяли — если, конечно, Бог даст. А так самая надёжная формула — Карлы, она открыла третий Узел, Господь услышал, но она во имя Путеводной Звезды и Благих Вод, а ты же церкви Сердца и Розы… — Да, — сказал я. — Иногда бывает надо ещё что-то сказать, — задумчиво проговорил Ричард. — Если вдруг поймёшь, что надо, Господь услышит. Только со звездой не напутай. Звезда потоки сил в себе собирает и распределяет, важная штука. Я ещё раз нарисовал, сам. Чувство такое, что рука уже сама движется, но страшно сбиться — кажется, что тут же и запутаешься. |