Книга Возвращение демонического мастера. Книга 7, страница 96 – Антон Агафонов

— Мне тебя не хватает, — сказал я, при этом чувствуя странное равнодушие. Это показалось мне неправильным, учитывая все пережитое. Рю был моим другом, и я помнил, как мне было больно, когда его не стало, но вместе с этим сейчас я не чувствовал абсолютно ничего. Я знал, что он был мне дорог, но не ощущал этого.

— Мне тебя тоже, Нейт, мне тоже. Пусть мы с тобой были не так уж долго, но я горжусь тобой, мой бравый ученик! — в своей дурашливой манере Рю похлопал меня по плечу с довольной ухмылкой.

— Почему ты тут?

— Потому что ты на грани того, чтобы совершить самую большую ошибку в своей жизни.

Я опустил взгляд на демона. Очевидно, что Рю говорит о его убийстве, но я все никак не мог взять в толк, почему. Что такого в том, что я избавлю себя от всей это ненависти, боли и ярости? Кажется, я впервые в жизни обрел настоящую гармонию в своей души.

— Если я убью его, я наконец обрету мир внутри, — сказал я Рю, — наконец смогу жить.

— Нет, Нейт, всё с точностью до наоборот.

Я вновь посмотрел на друга, взгляд которого выражал печаль. Почему?

— Рю, всю свою новую жизнь я боролся с Костяным палачом внутри себя. Я пытался идти путем Мириона, хоть сейчас и понимаю, что был немного наивен, представляя его совершенно иным. Но сейчас я могу со всем этим покончить, освободить себя от него раз и навсегда. Освободить себя и Юл Эй.

— Скажи, что ты чувствуешь к Юл Эй? — спросил Рю.

— Я… — начал было отвечать, но внезапно понял, что совершенно ничего. Та женщина, которую я должен был любить всем сердцем, сейчас была мне совершенно безразлична. — Ничего… Я не чувствую ничего.

— Именно, Нейт. Убив его, ты действительно избавишься от всего, что так в себе ненавидишь, но вместе с тем утратишь себя.

Я взглянул на скалящегося демона, у горла которого держал клинок. Одно движение, и я освобожу себя от этого чудовища раз и навсегда. Но… какой ценой?

— А твои друзья? Мор, Лей, твоя сестра, другие люди, которых ты встретил за годы, которые провел без меня. Что ты почувствуешь, если они сейчас умрут? Умрут жестокой и болезненной смертью. Если твою сестру распотрошат у тебя на глазах, а родителей заставят на это смотреть?

Я заглянул внутрь себя, попытался найти хоть какие-то эмоции, но не мог. Я должен был что-то почувствовать, знал, что должен, но не чувствовал. И самое ужасное, что даже волнение и ужас от осознания этого не приходили.

— Со мной что-то не так, Рю.

— Ага, именно об этом я тебе и толкую. Ты — это не ты, Нейт. Просто ты… самая разумная часть тебя, которая считает, что ты это ты.

— Хочешь сказать, что без него я неполноценен и не смогу жить?

— Смотря что ты понимаешь под словом «жить». Ты вернешься в свое тело, но именно таким, какой ты сейчас. «Умиротворенный», — последнее слово Рю произнес с сарказмом. — Ты больше не сможешь любить, ненавидеть, все мирское станет тебе безразлично — друзья, семья, женщины и выпивка. Какой вообще смысл жить, если не можешь наслаждаться женщинами и выпивкой? Скажу тебе по секрету, это самое неприятное в бытие духа!

Наверное, тут я должен был улыбнуться, но опять же, мне было сложно себя заставить это сделать.

— А если бы победил он?

— И убил тебя? То в тело бы вернулся именно этот монстр и, наверное, устроил бы кровавую резню всего живого. Так что я рад, что победителем в этой схватке вышел именно ты, потому что убедить его пощадить тебя было бы… проблемно. Если вообще возможно. Вы свет и тьма, дух и плоть. Помешать тебе убить свою темную суть я не могу, но скажу, что это не выход. То, чем ты станешь в итоге, пусть и не ужасно, но и чем-то хорошим назвать язык не повернется. Знавал я воинов, которые как и ты проходили третью закалку, которые отвергали тьму, изгоняли её из себя и становились совершенно другими людьми. Мудрыми, сильными, но лишенными главного, что делает воина воином — воли. Я помню, как у одного такого сына убили прямо на глазах, а он даже не пошевелил и пальцем. Ты такого хочешь себе, Нейт? Такой «жизни»?