Книга Альма Френг и новые тайны, страница 43 – Ида Туфте Микельсен

Над её головой почти бесшумно заработал механизм. И тут мысль Альмы понеслись вскачь. А что же случилось в пекарне после её ухода? Что сделала гвардеец, когда Альма так и не появилась? Потребовала, чтобы Франц открыл дверь? А что с Пиллой? Гвардеец видела, что они вместе. Вдруг заставила её говорить? Или заставили отвести к себе домой? Что, если они уже в доме, прямо здесь, прямо сейчас?

Люк сверху начал открываться. И сразу же Альма увидела перед проёмом чьи-то ноги. Альма взвизгнула от неожиданности. Обувь чёрная. И брюки чёрные. Вскоре показалась блузка, затем и лицо. Элионора!

Бабушка приподняла бровь, прежде чем присела на корточки и протянула руку, помогая Альме выбраться.

— И как, по-твоему, это называется?

Прежде чем ответить, Альма помедлила. Сколько Элионоре известно?

— Что именно? – спросила она.

— Выходить на улицы Бельмелинга, когда лампа мигает!

Альма сглотнула.

— Не очень-то, – признала она.

— Во имя Ра, Альма, зачем?

Под взглядом Элионоры Альма не могла не сказать правду. По крайней мере, хотя бы часть её.

— Я Пилле помогаю найти её отца. Все считают, что он переехал. Но он пропал! – объяснила она.

— Так и думала, – сказала Элионора тоном, по которому Альма поняла: нескоро она ещё сможет сказать бабушке что-то, чего бы она не знала. – Бирта просила меня помочь разыскать его.

— И? – выпалила Альма.

Элионора покачала головой.

— Как сквозь землю провалился.

— Но кто-то должен хоть что-нибудь знать!

— Довольно об этом, Альма. И это совершенно не то, ради чего тебе стоило бы рисковать своей безопасностью. Что на тебя нашло? Тебе-то с чего волноваться о Поле Весенвике?

Альма не решилась рассказать бабушке, что считает его исчезновение связанным с исчезновением собственной матери. Она до сих пор смутно представляла, насколько тесно Элионора общается с Симоном, и не знала, что она сама бы на это сказала.

— Мне жаль Пиллу, – нашлась она.

— Многих жаль. А было бы ещё больше, если бы тебя сегодня накрыли. Ты свой шанс упустила. Больше никаких гостей после курсов.

— Нет! – возмутилась Альма. – Так нельзя! Я должна…

— Должна что? – Элионора прищурилась.

— … помочь Пилле. Мы подружились. – Альма попыталась её разжалобить. – А друзей у меня больше нет.

— Зато усвоишь урок.

— Но…

Элионора подняла ладонь.

— Услышав о происходящем, я сильно разозлилась. И снова могу разозлиться. Могу повысить голос, объяснить тебе, сколько ты сегодня поставила на карту – касающегося не только тебя и всех нас, кто тебя любит, но и всего Бельмелинга, всего общества солнцеловов. Но ты умная девочка. Думаю, и сама всё поймёшь.

Альма посмотрела бабушке в глаза, оценивая свои шансы. И быстро сдалась.

Она кивнула.

– Как день прошёл?

Габриэлла сделала глоток кофе и посмотрела на Мэй поверх чашки.

– Хорошо, – ответила Мэй. Она понимала, что лучше говорить покороче.

– Ты сегодня была в патруле?

Мэй и не думала, что Габриэлла о таком помнит.

– Так точно.

– Есть новости?

Мэй вспомнила всё, что случилось за день. Видела девочку в пекарне. Правда, к своему оправданию, видела её всего секунду. Да ещё та была в зелёной шапке, а копна волос скрывала большую часть лица.

Мэй прошла за ней к туалету и ждала снаружи, надеясь рассмотреть потом получше. Велик ли шанс? Правда, большая часть примет подходила. Стоило ли поднять тревогу?