Онлайн книга «Революция»
|
Государь же ему снова дело доверил. Трудное. Анучин уже в ссылке понял, как непросто идут задуманные Императором реформы. Недород и общее нестроение, породили много горя и недовольства. Реформы же дали многие возможностей и непонимание. Как жить по-новому? Как без крепости крестьян в узде держать? Как деньги за их свободу использовать? Да и крестьяне не испытали особой радости. Вроде вольные, но временнообязанные. Земля вроде твоя, пользуйся, но потом ещё её выкупать надо… Ярославщине повезло. И с природой, и с губернатором. Иван задумки Царские знал, часто они беседовали. С восемьдесят четвёртого, как взорвался исландский вулкан Лаки, не было хороших урожаев, ни в России, ни в Европе. В Анучинских же землях урожаи были средние. Свои то сёла он давно на картофель перевел. Так что, если не вызревала репа — была картошка. А когда не родилась пшеница, так рожь спасала, подсолнух или овёс. Глядя на Анучина и другие помещики в Пошехонье те же культуры сеяли. И крестьяне. Благо что Иван, еще в восьмидесятом годе, открыл у себя сахарный заводик в Большом Яме, что под самой Пошехонью. А сахар, как говорит Государь, всегда сладкий. В первые годы своего губернаторства Иван свой опыт с картошкой и новыми культурами на всю Ярославщину распространил. Помог и с новыми сахарными да консервными заводами, и с паровыми машинами. Он хоть и отставлен от Двора, но не в опале и связи у него налажены. Даже в прошлом годе поднялся Иван снова на один чин, хоть и гражданский. Так что Ярославль при нём ожил! На фоне других так хорошо смотрится. Иван не гордый, лести не любит, но цифры не обманывают. Крестьян на удивление он быстро по-новому жить убедил. Голод — не тётка, а когда ещё тебе не просто чужой барин, а его бывшие крестьяне всё рассказывают и показывают… С дворянами же пришлось иной раз и рукой махнуть. Не хотя меняться. Проценты с лежащих в Земельном банке выкупных платежей каждый год капают. Но многих всё же пустить деньги в ход Иван убедил. В Пошехонье вот почитай каждый дворянин вслед за Иваном в пайщики мануфактуры по изготовлению фольги сусального золота и серебра вошел… Производство от дореформенного уже утроили. Дорогу в губернии на паях с местным купечеством железную строят, заводики те же, пароходы и трактора покупают, людей учат, сами обучаются. В общем дело идет. Губерния и страна отмирает и разгоняется. Но, в большей массе, бестолковы дворянчики. «Образованная публика», как третьего года во Франции смута по осени началась, через одного радовалась. Крестьяне же сначала молчали, а потом всецело высказались за Царя Батюшку! Очень хорошо им стали заходить статьи о мужестве мужиков Сентонжа, Перигора и Бретани борющихся с присылаемыми из Парижа революционными бандами. Может и привирают в тех статях. Но на пользу то. «Петербургские» и «Московские ведомости» и «Крестьянский листок» последний год много пишут о событиях во Франции. Бесчинства толпы, некоторые русские «друзья конституции» называют «раздуванием курьезных суть явлений». Крестьянские же выступления эта публика называет «разинщиной», в массе своей требуя не печатать эти ужасы. Третирование королевской семьи на похоронах малолетнего дофина Людовика Жозефа смутило и эти «прогрессивные круги». А уж известия о дикости восставших рабов в Сан-Доминго, насиловавших всех попавшихся белых женщин, убивавших своих хозяев зверски целыми семьями, приведённые в публикациях весьма подробно и с картинками, заставили в последний месяц вообще замолчать эту публику в Ярославле. Надолго ли? |