Книга Крестная внучка мафии 2, страница 165 – Владимир Бабкин, Валерия Маркова-Бабкина

По правилам этикета, открывать подарок сразу невежливо, а потому я подала знак Рино, чтобы он принес наш презент в дорогой коробке из красного дерева.

— Господин Ю, благодарю вас за подарок и прошу наш принять в ответ, — со всем уважением кивнула я. — Скажу честно, что специально мы не готовились…

— Ну, что вы… Я понимаю, — приятно улыбнулся Цзяо Ю.

— Волей случая, ко мне попал весьма интересный предмет. Не побоюсь этого слова — волшебный. Мне кажется, он пришел ко мне исключительно только ради того, чтобы я помогла ему вернуться на родину.

Эшфорд слегка кивнула и, набравшись смелости, я протянула китайцу дорогую коробку.

— Вы меня интригуете… — тихо рассмеялся Цзяо Ю. — Вы не будете против, если я открою?

— Буду только рада этому.

Однако, стоило Цзяо Ю открыть коробку, как его лицо переменилось настолько, будто я попыталась его ударить.

— Синьора… — с трудом спокойно произнес он. — Вы знаете историю этого дракона?

— Знаю, господин Ю. Как и о его проклятье, — уверенно кивнула я. — Вы можете мне не верить, однако этот дракон явился ко мне сам. Я его не покупала, а получила в дар за проявленную мною доброту.

Глядя в глаза Цзяо Ю, я слегка поклонилась и добавила:

— Легенда гласит, что дракон приносит добро и удачу. А потому я бы хотела окончательно снять проклятье и преподнести его в дар совершенно бескорыстно. Я считаю, что мы все заслуживаем лишь добра и удачи. А плохую страницу истории этого дракона, стоит перелистнуть раз и навсегда.

Под проклятьем дракона, конечно, я имела ввиду плохие отношения Лукрезе и Ю.

Да, подарок рисковый и в тоже самое время идеален. Цзяо Ю очень ценит такие вещицы. По словам Эшфорд у него целая коллекция драконов разных мастеров и эпох. Но в тоже самое время Цзяо Ю человек склонный к суевериям и предубеждениям.

И на счет дракона.

И на счет Лукрезе.

Так что он либо примет этот подарок и покажет, что согласен начать с чистого листа, либо станет ясно, что клан Лукрезе и клан Ю — будущие враги. Потому что дедушки рано или поздно не станет.

С кем Цзяо Ю будет вести дела, если отказывается даже говорить с кем-либо еще?

Довольно долго мы смотрели друг другу в глаза, не отводя взгляда, а после китаец слегка кивнул и закрыл коробку.

— Ваш подарок необыкновенно щедр, — сдержанно произнес он. — Какой добротой мне ответить на вашу доброту?

— Господин Ю, моя доброта не требует ответа, — улыбнулась я. — Как говорят у меня на родине: «Делай добро и бросай его в воду».

Китаец кивнул, а тетя Энн ловко увела беседу в какое-то другое русло и вскоре ужин окончательно завершился.

Прощаясь с хозяевами, я поклонилась в знак уважения.

— Господин Ю и госпожа Ю, благодарю вас за ужин и столь приятный вечер. В качестве ответа на ваше приглашение на ужин, я бы хотела пригласить вас на наш праздник — на День Рождения синьора Виктора Лукрезе.

— Мы обязательно свяжемся с вами для уточнения деталей, — поклонилась мне Ланфэн. — И дадим ответ сможем ли мы приехать.

— Разумеется, если у вас будет возможность, — улыбнулась я на прощание.

Охрана китайцев нас проводила.

И сев в машину рядом с дядей, я невольно устало положила голову ему на плечо.

— Куся, я горжусь тобой, — поцеловал он меня в лоб. — Моя школа.

Я ничего на это не ответила, а дядя ободряюще похлопал меня по руке.