Онлайн книга «Империя. Терра Единства»
|
Впрочем, наверняка я чудил не меньше. А сегодня общегосударственный праздник. Не только московский. Но в Первопрестольной сегодня это праздник праздников. Всеобщее гуляние. Поголовное. До поросячьего визга. До падения мордой лица в салат. Сегодня можно. Такой день. Мы стояли на трибуне спиной к Василию Блаженному. Слева был Кремль. Справа – Императорский ГУМ. Впереди Исторический музей. А меж нами десятки тысяч восторженных людей. Двадцать лет я на троне. Двадцать лет мы с Машей женаты. Ах да, и ещё 790 лет столице. Я по свету немало хаживал, Жил в землянке, в окопах, в тайге, Похоронен был дважды заживо, Знал разлуку, любил в тоске. Но Москвою привык я гордиться И везде повторял я слова: Дорогая моя столица, Золотая моя Москва! Я люблю подмосковные рощи И мосты над твоею рекой, Я люблю твою Красную площадь И кремлёвских курантов бой. В городах и далёких станицах О тебе не умолкнет молва, Дорогая моя столица, Золотая моя Москва! Орд жестоких степные тумены И единой Европы удар, Отразили Кремлёвские стены Выгнал в стужу великий пожар. И врагу никогда не добиться, Чтоб склонилась твоя голова, Дорогая моя столица, Золотая моя Москва! Но мы помним о Пасхе Кровавой И в едином порыве народ От высоток Москвы златоглавой На злодеев заморских идет. Негодяям нигде не укрыться, Меч Господень сжимает в руках Дорогая моя столица, Золотая моя Москва! День придёт – мы разгоним тучи, Вся планета без войн расцветёт. Я приеду в мой город могучий, Где любимая девушка ждёт. Я увижу родные лица, Расскажу, как вдали тосковал… Дорогая моя столица, Золотая моя Москва! Над Москвою в сиянии славы Солнце нашей победы взойдёт. Здравствуй, город Единой Державы, К звездам нас Император ведет. Будем вечно тобою гордиться, Будет жить твоя слава в веках, Дорогая моя столица, Золотая моя Москва![24] Глава III. Наш имперский штурмовой стройотряд ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. МАРФИНО. ОХОТНИЧИЙ ДОМИК «У ТРЕХГЛАВОГО ДУБА». 5 января 1938 года — На тебе! — Ах, ты ж, поросёнок! — От поросёнка слышу! — Я не поросёнок!!! — Ну, извини. На тебе! Мы с Машей с хохотом играли в снежки. В конце концов, я её поймал (разумеется, она поддалась) и всласть намазал её лицо снегом. Она визжала, смеялась, в меру брыкалась, а потом повалила меня в снег и стала жарко и страстно целовать моё покрытое снегом лицо. Мы сбежали от всех. От всего мира. Разумеется, я всё время был на связи, но мы сбежали от мира. Мы просто были вдвоём. Рождество. Новый год. Зима. Снег. Что мне весь мир? Через четверть часа мы сидели в нашем домике у жарко пылающего камина и пили горячий глинтвейн. — А помнишь, как мы тут тогда лихо зажигали, в семнадцатом году? Маша озорно усмехнулась: — Конечно помню. А кто нам мешает повторить? ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. МАРФИНО. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ. 6 января 1938 года В Марфино мы с Сашкой пересекались редко. Если виделись (бывало и такое), то, как правило, на Острове. Иногда в Городе. Бывало и в Москве. В Питере так себе. В Царьграде тоже иногда. А тут… Бываем часто, а пересекаемся редко. Велика Империя. Дел много. — Ваше всевеличие. — Ваше величество. Привет, сын. Как Мика? Сашка опустился во второе кресло у камина. С такой же волчьей шкурой поверх кресла, как и у меня. Сидеть на шкуре медведя я не разрешаю. Это наш тотем. Суеверие? Да пофиг. |