Книга Империя. Тихоокеанская война, страница 67 – Владимир Бабкин

— Спасибо, доктор.

Доктор, меж тем, измерил ей температуру, посмотрел горло, ощупал лимфоузлы, отсчитал пульс, послушал легкие, измерил давление и в целом вроде остался удовлетворённым.

— Не так плохо, госпожа капитан. По крайней мере не так плохо, как я боялся. Температура, озноб присутствуют, опять же ломота, как вы говорите. Покалывания после переохлаждения – это нормально. Вас растерли спиртом, и это некоторым образом помогло при гипотермии. Я вам выдам лекарства и можете ложиться спать. Но прежде чем вы отправитесь отдыхать, прошу прощения, но я вынужден выделить пять минут офицеру, который ждёт за дверью. Сами понимаете. Это не допрос, скорее первичный опрос. Говорить с вами будут уже утром, но нашему командованию нужно кое-что знать о вас.

Доктор отвесил официальный японский поклон и вышел за дверь. На пороге возник тот самый молодой офицер со знаками различия лейтенанта.

Он также сделал поклон прежде чем сесть. Говорил японец вновь по-русски:

— Госпожа капитан, позворьте отрекомендоваться – рейтенант Императорских Воздушных сир Японской Империи принц Ямасина Такэхико, грава дома Ямасина, мрадшей ветви Императорского дома.

Ольга хмыкнула про себя. Нормально так – допрашивать её пришел аристократ такого масштаба. С чего такая честь? Вслух же она ответила:

— Да, я слышала о вас. Вас именуют «летающим принцем».

Японец кивнул.

— Да, мир знаменитых авиаторов очень мар, и, как в деревне, все друг друга знают, ири, по крайней мере, срышали. Я, в свою очередь, знаю кто вы. Я много раз видер ваше фото. Вы – знаменитость даже среди знаменитостей. Вряд ри есть хоть один приричный пирот, который вас не узнает. Но, по протокору, я обязан задать вам стандартный вопрос. Назовите своё имя, фамирию, воинскую часть.

Мостовская пожала плечами и поморщилась от боли в мышцах.

— Капитан Его императорского всесвятейшества и величия лейб-гвардии женского императрицы Марии дальнебомбардировочного полка «Ангелы Богородицы» маркграфиня Палеокастронская маркиза Берголо баронесса Мостовская Ольга Кирилловна.

ЯПОНСКАЯ ИМПЕРИЯ. ТОКИО. ДВОРЕЦ МЭЙДЗИ. 4 ноября 1921 года

Хирохито слушал доклады. Министры. Военные. Сановники. Чиновники. Сегодня было не так многолюдно. Военный кабинет.

Заслушивалась информация с мест, сводки ключевых министерств и ведомств, сводки с фронтов, сводки тыла, производство, снабжение, обеспечение людскими и солдатскими ресурсами. Империя работала на войну, вся экономика и все общество было переведено на военные рельсы, но фактическая блокада ограничивала Японию в манёвре и резко снижала её возможности.

Несмотря на полагающийся случаю стоический оптимизм, в докладах чувствовалось некое напряжение. Русские пока их переигрывали. И если не по всем статьям, то весьма существенно.

Проблема каперства русских и их союзников весьма ограничивала возможности не только промышленности и удовлетворения военных нужд, но и даже потребности гражданского населения. Конечно, власти делали всё, что только возможно. Было введено нормированное распределение риса, других ключевых продуктов и товаров. Подданные пока относились с пониманием, бесконечно веря в священную особу императора, но это явно не улучшало благополучие общества. Да, благословенная Япония всегда славилась верностью императору и ставила материальные блага на второе место после благополучия Страны восходящего солнца, но всё же…